К вопросу об организации пехоты русской армии в 1700-1712 гг.

Как я уже ранее упоминал (ссылка), в этом году мой доклад на конференции в ВИМАИВиВС был посвящен вопросу организации пехоты русской армии в 1700-1712 гг. В далеком 2007 г. я уже публиковал статью в журнале "Воин" на эту тему, но с тех пор было собрано много дополнительных материалов, позволяющих существенно уточнить и дополнить старый текст. Мне задают резонный вопрос: а как я отношусь к англоязычной книге Мегорского по русской армии в ВСВ? А никак... Данный иследователь поступил довольно странно, опубликовав свою работу сразу на английском языке, не имея публикаций по данной теме на русском. Из этого я предполагаю, что речь идет о компилятивной (реферативной) работе, в которой ничего нового нет. Причем по опыту знакомства с более ранними статьями Б. Мегорского боюсь, что там довольно много ляпов. Постараюсь со временем найти эту книгу и написать по ней развернутую рецензию. А пока моя статья по сабжу: Великанов В.С. К вопросу об организации пехоты русской армии в 1700-1712 гг. // Война и оружие. Новые исследования и материалы. Труды Девятой Международной научно-практической конференции 15–17 мая 2019 г. СПб: ВИМАИВиВС, 2019. Часть I. С. 198-210.

К вопросу об организации регулярной полевой пехоты российской армии в 1700-1712 гг.

         Вопрос организации регулярной полевой пехоты российской армии в годы Великой Северной войны 1700-1721 гг. до сих пор недостаточно изучен в отечественной историографии. Отдельные сведения общего характера, не дающие деталей об изменении организации пехотных полков в указанный период, приведены в работах А.В. Висковатова[i], Л.Г. Бескровного[ii] и др. авторов. Из последних исследований необходимо выделить соответствующие разделы в монографиях К.В. Татарникова, посвященной россиской полевой армии в 1700-1730 гг.[iii], и В.А. Молтусова, посвященной Полтавскому сражению[iv], однако обе работы содержат целый ряд неточностей, и требуют уточнения и значительного дополнения. Также необходимо упомянуть нашу статью 2007 г., в которой мы впервые специально рассмотрели вопрос организации солдатских полков российской армии в 1700-1709 гг.[v] В настоящее время ввод в научный оборот дополнительных источников позволяют значительно расширить и дополнить имевшиеся сведения об организации регулярной полевой пехоты российской армии в 1700-1712 гг.

Отряд ладожского воеводы П.М. Апраксина в 1701-1704 гг.

В этом году, наконец таки, был напечатан сборник статей с конференции "Новгородика-2015". Сама конференция прошла еще три года назад осенью 2015 г., но сборник сверстали в 2017 г., а опубликовали только осенью 2018 г. Я на той конференции выступал с докладом о службах, численности и организации отряда ладожского воеводы П.М. Апраксина в 1701-1704 гг. В приложениях мною опубликованы таблицы с результатами смотренных списков по полкам на май 1703 г. и сентябрь 1704 г. Выходные данные статьи: Великанов В.С. Отряд ладожского воеводы П.М. Апраксина в 1701-1704 гг. // Новгородика-2015. От "Правды Русской" к российскому конституционализму: материалы V международной конференции 24-25 сентября 2015 г. Великий Новгород, 2017. С. 182-191. 

Отряд ладожского воеводы П.М. Апраксина в 1701-1704 гг.

Боевая служба новгородских воинских контингентов в годы Великой Северной войны до настоящего момента недостаточно изучена в отечественной историографии. Еще в конце 1700 г. служилые люди Новгородского разряда были разделены на две части. Во Пскове под командой Б.П. Шереметева должны были служить дворяне и дети боярские, стрельцы, казаки и пушкари Пскова и пригородов, Ржева, Торопца, Великих Лук и Зубцова; а в Новгороде с А.И. Репниным – новгородцы всех 5 пятин, а также служилые люди из Твери, Ладоги, Олонца, Торжка и Старицы. Уже весной 1701 г. большая часть «новгородцев» вошла в состав отдельного корпуса ладожского воеводы Петра Матвеевича Апраксина, и под его командованием воевала в 1702-03 гг. в Приневье, а в 1704 – участвовала в осаде Нарвы. В рамках настоящего исследования на основе впервые вводимых в научный оборот архивных материалов РГАДА показаны организация и боевые службы корпуса П.М. Апраксина в 1701-04 гг.

Российские гарнизоны в малороссийских городах на начальном этапе Великой Северной войны (в 1700-1708 гг.)

Моя статья с последней конференции в ВИМИВиВС: Великанов В.С. Российские гарнизоны в малороссийских городах на начальном этапе Великой Северной войны (в 1700-1708 гг.) // Война и оружие: Новые исследования и материалы. Труды Восьмой Международной научно-практической конференции, 17-19 мая 2017 года. СПб.: ВИМАИВиВС, 2017. Ч. 1. С. 123-137.

Вопрос российско-украинских отношений в начале XVIII в. и причин измены И.С. Мазепы является одним из наиболее дискуссионных в современной российской и украинской историографии. В последнее время целый ряд исследователей в различных работах пытается обосновать тезис о последовательном «наступлении» российского правительства на права и полномочия гетмана и его администрации, которое в итоге «вынудило» И.С. Мазепу изменить принесенной царю присяге и перейти на сторону Карла XII. И одним из ее аргументов является наличие значительных воинских контингентов российских войск в городах Гетманщины[1]. В рамках данной работы мы попробуем разобраться в вопросе численности царских гарнизонов в малороссийских городах, а также причинах и численности отправки на Украину дополнительных воинских контингентов на начальном этапе Великой Северной войны (в 1700-1708 гг.).   

Шаменков С.И. Патронные и гренадерские сумы пехоты в русской армии периода Великой Северной Войны 1700-1721 гг.

Profound & well-illustrated research about Russian GNW grenadier boxes & cartridge boxes by Sergey Shamenkov (link). He analyses all available images, survived items & document descriptions. The material is also illustrated with many photos & 4 figures drawn by the author. Strictly recommended!

На "милхисте" выложили новый материал Сергея Шаменкова, посвященный патронным и гренадерским сумам русской армии (ссылка). Автор сделал очень хороший анализ сохранившихся артефактов, иконографии и письменных источников, как документальных, так и нарратива. Ну и, конечно, работа проиллюстрирована замечательными авторскими иллюстрациями. 

Russian firearms in the Narva campaign of 1700

Dutch-made fusil made around 1700.
(from College Hill Arsenal site, link) 

Russian army at Narva was armed with Dutch-made fusils. Swedes mentioned that of 4.050 fusils captured at Narva in 1700, 3.800 were Dutch-made & only 250 of Russian origin. In the second half of 1690s Russia imported more than 35.000 of Dutch-made fusils. I don't find any exact description of them. I assume that there were no any specific pattern for Russia, & they were a common wide-spread fusils with calibre .79

One more Dutch-made fusil around 1700 (link)

Огнестрельное оружие русской армии в Нарвском походе 1700 г.

Хороший вопрос: а чем была вооружена русская армия в Нарвском походе 1700 г., да и вообще на начальном периоде Великой северной войны 1700-1721 гг.? Собственного промышленного (!) производства (в первую очередь замков) тогда ведь не было... Ответ прост: почти все огнестрельное оружие было импортировано из Голландии.

Формирование генералитета русской армии в 1700-09 гг.

На зеленом форуме были выложены две статьи Сергея Черникова, посвященные русскому генералитету периода (Черников С.В. Эволюция высшего командования российской армии и флота первой четверти XVIII века: к вопросу о роли европейского влияния при проведении петровских военных реформ. // // Cahiers du Monde russe. 2009. Vol. 50. N 4. P. 699-735 (ссылка); Он же, Военная элита России 1700-1725 гг.: меритократические и аристократические тенденции в кадровой политике Петра I. // Правящие элиты и дворянство России во время и после петровских реформ (1682-1750). М., 2013. С. 45-62 (ссылка). Один материал является развитием более раннего, и они оба содержат ряд неточностей, касающихся состава русского генералитета начального периода ВСВ. Во-первых, автор не смог точно установить численность генералитета на начало 1700 года и все факты производств в генеральские чины. Во-вторых, он не совсем корректно описал период 1700-03 гг. – генералитет в этот период состоял из иноземцев «старых выездов» (данный нюанс упущен). В-третьих, упустил факт поступления на русскую службу осенью 1705 г. большой группы саксонских офицеров (подробнее см здесь: ссылка; причем Черников указывает, что это Петрухинцев не прав, когда упоминает об этом факте). В общем, предлагаю вашему вниманию свою версию по этой теме: Великанов В.С. Формирование генералитета русской армии в 1700-09 гг. // Русская военная элита. Сборник материалов научной конференции. — Севастополь: Изд-во «Шико-Севастополь», 2015. С. 97-111 (об этом сборнике см здесь: ссылка). 

Формирование генералитета русской армии в 1700-09 гг.

К началу XVIII в. в полках «нового строя» русской армии сложилась четкая иерархия генеральских чинов: генерал-майор, генерал-поручик и полный генерал. В 1699 г. состоялось производство Адама Адамовича Вейде в бригадиры¹, но это был единичный случай, и вплоть до 1705 г. данный чин больше не использовался. Также 28 июня 1696 в генералиссимусы был произведен Алексей Семенович Шеин, что также было единственным производством вплоть до 1727 г. Указанная иерархия не была закреплена каким-либо нормативным или регламентным документом, аналогичным «Табели о рангах» 1722 г., и была результатом сложившейся практики. При этом количество генералов в русской армии не было связано с какими-либо административно-организационными требованиями (например, наличием постоянных соединений: дивизий, бригад, пр.), и определялось лишь личными заслугами конкретного человека.

В начале 1700 г. генералитет русской армии насчитывал 10 человек, включая одного генерала, одного генерал-поручика и 8 генерал-майоров². Из них 7 были иноземцами, но все они уже долгое время служили в России (средний срок службы составлял более 30 лет), и стали ее полноценными поданными и верными солдатами, прошедшими с русской армией через многочисленные войны и походы вт. пол. XVII в.³. К сожалению, длительный срок службы в России имел как положительные, так и отрицательные стороны: большинство из них не было подробно знакомо с передовыми европейскими приемами и методами военного обучения и тактики. Единственным полным генералом был Автоном Михайлович Головин, одновременно командовавший 3 Московским Выборным солдатским полком, включавшим в себя на тот момент Преображенский (первая «тысяча») и Семеновский (вторая «тысяча») полки. Также при Преображенском полку состоял генерал-майор Адам Адамович Вейде. В Смоленске при полках смоленского гарнизона числился генерал-поручик Андрей Цей, при смоленской шляхте и рейтарах – генерал-майор Богдан Семенович Корсак. В Белгороде воеводой был генерал-майор рейтарского строя Христофор Андреевич Ригимон, при солдатских полках – его брат, генерал-майор Карл Андреевич Ригимон, летом того же года назначенный комендантом в Астрахань. В Севске воевода – генерал-майор Иван Михайлович Кольцов-Мосальский, при рейтарских и солдатских полках – генерал-майор Андрей Андреевич Гулиц. Еще два генерал-майора были комендантами в ключевых южных крепостях, Юрий Андреевич Менгден в Киеве, и Мартын Мартынович Болман (Полман) – в Троицком, что на Таган роге.

Немного об офицерском корпусе русской армии под Нарвой в 1700 г.

Я уже упоминал ранее в своих статьях (ссылка) о том, что летом 1700 г. Петр и Головин заполнили обер-офицерские вакансии в новых солдатских полках московской молодежью. Мне, наконец, удалось найти конкретные числовые данные о количестве «старых» и «новых» офицеров в нарвском походе. «Старые» офицеры числились по Иноземному приказу, и по ним велся отдельный учет. Благодаря этому мы теперь знаем, что в 10 полках генеральства Вейде (Лефортовский, 8 новых солдатских и драгунский Гулица) числилось 139 иноземцев и новокрещен: 10 полковников, 10 подполковников, 19 майоров (в солдатских полках – по два, в драгунском – один), 31 капитан, 28 поручиков и 41 прапорщик. Все остальные – из московских чинов. Как видите, все штаб-офицерские позиции были заполнены опытными офицерами, в то время как на ротном они составляли всего 30%. Это подтверждается списками полков Вердена, Юнгора, В. Делдина, Н. Балка и А. Гордона – на ротном уровне доля москвичей 68%. По генеральству Головина мне, пока, сводной ведомости найти не удалось, но списки по 3 полкам (Фливерк, Мевс, Болман) также подтверждают цифру в 68-70%. Таким образом, под Нарвой большая часть офицеров имела, по сути такой же уровень подготовки, что и их солдаты: несколько месяцев муштры по новому «Краткому обыкновенному учению». Солдата за несколько месяцев выучить строевым и ружейным приемам  и командам можно, а вот офицера подготовить нельзя…  

Немного о древковом оружии на начало ВСВ.

Cправа – русский офицерский протазан на 1720е.
Длина наконечника 297 мм, ширина - 130 мм.
Длина пера 210 мм, ширина - 46 мм.
Масса наконечника 590 г.

Как-то само собой со времен Бобровского и Висковатова считается, что русские офицеры в годы ВСВ были вооружены протазанами. Определенные исторические предпосылки для этого, безусловно, были: стрелецкие офицеры в посл. четв. XVII в. были вооружены именно протазанами. Причем отдельно по богатству отделки выделялись капитанские, подполковничьи и полковничьи. Татарников в своей монографии о петровской армии в разделе по офицерам в нетипичной для себя осторожной манере пишет, что «в строй пехотный офицер выходил с «офицерским» копьем либо протазаном». При этом ранее в разделе о формировании новоприборных полков в 1700 он упоминает, что каждый из них должен был получить по 24 алебарды и 36 полупик, и дальше предполагает, что «судя по штату, полупики полагались сержантам, а алебарды – подпрапорщикам и каптенармусам». Затем он пишет, что в каждый полк из Стрелецкого приказа было выдано по 24 полупики и протазана. И это не все, он также цитирует указ 1702 в котором упоминается, что каптенармусы вооружались протазанами, а подпрапорщики и ротные писари – алебардами (сам указ касается новонабранных драгун, и в нем указано, как их вооружить «против» сложившейся в солдатских полках практики).  Как можете заметить, есть некоторые противоречия… Попробуем разобраться.

Лебедев В.И. Башкирское восстание 1705–1711 гг.

С удивлением обнаружил, что нигде в интернете нет этой замечательной, по-настоящему классической, статьи: Лебедев В.И. Башкирское восстание 1705-1711 гг. // Исторические записки. Т. 1. М. 1937. С. 81-102. 
P.S. Упомянутые на с. 85 четыре солдатских полка (Бордовика, Есипова, Иванова, Макарова) - это солдатские полки, набранные Александром Сергеевым в 1704 г. в низовых городах из вольницы. Всего было набрано 10 полков, причем сам набор остался незамеченным в работах по петровской армии: у Автократова он не упомянут, а у Рабиновича есть лишь отдельные полки. 
P.S.S. Сорри за качество, эту статью мне ксерили 15 лет назад в Историчке

Foreign officers in Russian army, 1696 & 1721

It’s a common point of view, that Peter the Great invited foreign officers in Russian army. I compared a number of foreigners in 1696 (before Peter’s reforms in army) & in 1720-21 (when the Great Northern war finished). The total army’s size & a number of officers were similar, but a share of foreigners reduced very seriously:

Table. A number of officers in the field regiments (excl. garrisons)

	16961	1720-212
Total officers	2257	22453
Incl. foreignes	954	281
Share, %	42%	12,6%

Sources:

1. Мышлаевский А.З. Офицерский вопрос в XVII в. (Очерк из истории военного дела в России). СПб. 1899. С. 38. См. также подробнее в моей статье: ссылка.

2. Рабинович М.Д. Социальное происхождение и имущественное положение офицеров регулярной русской армии в конце Северной войны. // Россия в период реформ Петра I: Сб. ст. М., 1973. С. 135, 139.

3. The data is available for 60 Foot & Dragoon regiments out of 73 (4/5)

Иностранные офицеры в русской армии, 1696 и 1721 гг.

Во многих исследованиях о Петре I и его армии приводится тезис, что он пригласил в армию множество иностранных офицеров, и это был один из ключевых инструментов европеизации общества. Ради интереса я сравнил количество иностранных офицеров в 1696 (т.е. до начала петровских реформ армии - по сути это еще армия его отца, см подробнее: ссылка) и в 1720-21 (т.е. по окончании ВСВ и всех основных армейских преобразований). Пересчитывать по Татарникову, признаюсь, мне было лень, поэтому я взял данные из статьи М.Д. Рабиновича. Получилось довольно занятно:

Во-первых, доля иностранных офицеров при, практически, том же общем количественном и численном составе армии, сократилась с 42% до 12,6%.

Формирование и службы севских полков набора 1705 г.

В рамках прошедшей 1-3 июля конференции в Брянске был представлен мой материал, посвященный полкам, набранным С.П. Неплюевым из севских ратных людей весной 1705 г.: Великанов В.С. Формирование и службы севских полков набора 1705 г. // Studia internatinalia: Материалы IVмеждународной научной конференции «Западный регион России в международных отношениях Х-ХХ вв.» (1-3 июля 2015 г.). Брянск, 2015. СС. 95-102.

О службах севских служилых людей в годы Великой Северной войны известно немного. Большинство из них несли гарнизонную службу на южных рубежах, и оказались вне фокуса большинства исследований, посвященных реформированию и развитию русской армии в правление Петра I. В частности, в известном справочнике М.Д. Рабиновича содержится много неточностей как по перечню, так и по послужным спискам севских полков. Данный материал посвящен набору новых полков из севских ратных людей в марте 1705 г. и их дальнейшей службе в годы войны.

Севский разряд, как отдельный военно-административный округ, появился в 1665 г., когда согласно царскому указу «в Севске велено быть воеводам с ратными людьми безпрестанно», и был определен перечень городов «и в тех городах и ратных всяких чинов люди службою и всякими исправными делами и денежные доходы ведомы в Севску»[1]. Во вт. пол. XVII в. состав и территория разряда неоднократно менялась, и к концу 1690х, по данным Я.Е. Водарского, Севский разряд включал в себя следующие уезды: Севский, Белевский, Болховский, Карачевский, Брянский, Орловский, Кромский, Рыльский, Трубчевский, Путивльский и Недрыгайловский, а также Каменный[2]. Непосредственно сам Севский уезд состоял из дворцовых Комарицкой и Крупецкой волостей и земельных участков городовых служилых людей. Комарицкая волость имела 4 стана и располагалась вокруг Севска. Крупецкая волость, по-видимому, была отделена от Комарицкой территорией Рыльского уезда.

К концу XVII в. общая численность ратных людей Севского разряда составляла около 15 тыс. чел[3]. При подготовке к началу Великой Северной войне правительство осенью 1699 г. фактически приняло решение о расформировании прежних рейтарских и солдатских полков, заменив для служилых людей воинскую службу на денежные подати[4]. Предполагалось, что собранные средства пойдут в основном на выплату жалованья новым полкам, которые формировались для предстоящей войны со Швецией. Во исполнение данного указа весной 1700 и 1701 г. в фискальных целях были проведены дополнительные переписи служилых людей Севского полка и запись их детей и родственников в служилые люди. Переписи позволили увеличить списочную численность севских служилых людей до 23 346 чел., и соответствующим образом значительно увеличить денежные сборы[5]. На службе были оставлены лишь незначительные контингенты служилых людей «по прибору» (стрельцов, пушкарей и др.), которые несли гарнизонную службу в своих городах. Кроме этого их посменно отправляли на полгода в южные приграничные (Каменный Затон, Новобогородицкая) и малороссийские города. Например, в 1703 на службу в Киев, Нежин, Чернигов и Переяславль должны были быть отправлены 4 412 чел., из них явилось – 2601, сбежало в течение полугода – 905[6].

Смоленские полки в Великой Северной войне

Пару лет назад я просмотрел значительное количество дел по смоленскому гарнизону из 145 фонда РГАДА, что "вылилось" в статью, опубликованную в журнале "Родина": Великанов В.С. Смоленские полки в Великой Северной войне. // Российский исторический журнал "Родина". № 9/2013. СС. 53-57. К сожалению, при подготовке к публикации редакторами журнала были убраны все "скучные" данные о численности полков, их снаряжении и изменениях полковых командиров, и, в результате, итогового текста у меня так и нет, только скан. Все обрезанные материалы я позднее выложу здесь в блоге. Также не судите строго за иллюстрации - это выбор журнала.

Немного о Киевском драгунском полку

В истории Киевского драгунского полка есть неприятный эпизод, связанный с его фактическим разгромом при Пыздрях 1/12 июня 1712. Об этом факте кратко упоминается в полковой сказке 1721 г. («понеже по разбитию полку в Польше под местечком Пыздрях, документов никаких при полку не осталось. А что по разбитию полку с 712 году июня 1-го числа… значит ниже сего… »), а также в «Гистории Свейской войны» и военно-походном журнале Б.П. Шереметева за 1711-12 гг. Я уже упоминал об этом бое у себя в блоге (ссылка).

Сейчас я с большим интересом изучаю опубликованные Татарниковым офицерские сказки, и наткнулся на занятную деталь: большинство из офицеров Киевского полка об этом эпизоде своей биографии постарались забыть, и ни слова о нем не написали! Хотя многие из них другие свои службы описывают довольно подробно. Из 31 штаб и обер-офицера, бывших на службе в 1721 и представивших свои сказки, в 1712 в полку служили 23 человека, упоминают о Пыздрях всего 3. Кстати, 2/3 офицеров в Киевском полку служили с момент его формирования в 1700г., это, наверное, один из самых высоких показателей в армии!

Старшие офицеры. Полковник Артемий Загряжский принял полк в июле 1712, и он как раз его воссоздавал. Подполковник Иван Гифнер, в полку с 1700, о Пыздырях не упоминает (был капитаном). Премьер-майор Иван Петров сын Глебов, с 1700, в 1712 капитан, не упоминает. Секунд-майор Иван Павлов сын Глебов, с 1700, в 1712 капитан, не упоминает. Из 4 старших офицеров в кампанию 1712 с полком были все трое, никто о Пыздрях не упоминает.

К вопросу о петровских драгунах. Ч. 2, разбор Золотой палаты, зима 1700-1701 гг.

Продолжу о петровских драгунах. В предыдущей части я упоминал о командных кадрах новых драгунских полков (ссылка), теперь надо сказать несколько слов о личном составе.

Итак, вернемся к т.н. «разбору Золотой Палаты» 1700-1701 гг. (роспись по городам см тут: ссылка). Точная дата соответствующего указа до сих пор не найдена.  Мы предполагаем, что, с учетом необходимых подготовительных мероприятий, он был задуман в начале осени 1700 г., а реализация началась в ноябре-декабре того же года. Целью разбора было провести смотр дворян и детей боярских, а также их недорослей, записанных в копейщики и рейтары, и выбрать из них годных к полевой службе. Правила и критерии отбора, повторюсь, неизвестны. Проведение смотра было поручено боярину Борису Алексеевичу Голицыну, который был Казанским и Астраханским наместником, а также главой приказа Золотой Палаты. Видимо именно поэтому и ответственным ведомством был определен приказ Золотой Палаты (т.е. первична была личность ответственного исполнителя). Кстати, надо отметить, что ведать новые драгунские полки приказу Золотой Палаты поручили только 22/09/1701, до этого Золотая Палата отвечала только за разбор, а вот службой и всем остальным новые драгуны должны были ведаться в Приказе военных дел (туда Золотая палата отправляла все отчеты о наборе).

Моя статья о формировании русского генералитета 1700-09 гг.

Вышел сборник материалов прошлогодней конференции в РИСИ с моей статьей по петровскому генералитету: Великанов В.С. Формирование генералитета русской армии в 1700-09 гг. // Русская военная элита. Сборник материалов научной конференции. — Севастополь: Изд-во «Шико-Севастополь», 2015. С. 97-111 (ссылка). В данной работе я подробно рассмотрел состав русского генералитета в 1700 г., включая «нарвский призыв» петровских «сподвижников», а также проследил основные изменения в составе генералитета до 1709 г. Вкраце: после Нарвы генералитет – это «старые иноземцы», начавшие службу во вт. пол. 17 в. С 1703, фактически 1704, начался приезд «новых иноземцев», причем сразу на старшие генеральские позиции. Отдельно я упомянул и рассмотрел «саксонский феномен» 1705 года. Затем, начиная с конца 1705-06 гг. началось постепенное производство в генеральские чины русских и иностранных офицеров, заслуживших «погоны» в боях Великой Северной войны, и именно они составили большинство генералитета к 1709 г. Также в этом сборнике рекомендую статьи Дмитрия Володихина и Александра Рогожина (остальные темы, увы, выходят за рамки моих интересов).
Текст моей статьи выложен здесь: ссылка

Regimental lineage of Vologda Foot

Company colour of Vologda Foot
(pattern of 1712)

Vologda Foot regiment was raised in summer of 1702 in Moscow through voluntary enlistment. It's first commander was colonel Ivan Rydder. In autumn of 1702 the regiment joined Repnin's Division in Novgorod. 

1703 - taking of Nien

1704 - taking of Narva

1705 - Rydder replaced by colonel Ivan Butler (Buterer), 

1705-06 - in Lithuania with the Main army

1708 - Buler replaced by GM count Alexander Belleardi, then colonel Mathew Fliwerk, by the end of the year - Vologda Infantry

since March of 1708 - in Hallart's Division & participated with it in all major campaigns: Poltava, Riga, Prut, Pomerania, Gangut (Hanko or Rilax)

Вологодский солдатский полк (1702-1722)

Солдатский полк полковника Ивана Ивановича Рыддера был сформирован летом 1702 г. Военным приказом в Москве из вольницы. Всего в том году было набрано 2 060 чел., из них кроме полка Рыддера были также сформированы несколько маршевых команд и специальная команда, посланная в Воронеж «для обережи морского флота».

Немного о петровской армии

На зеленом форуме на днях было задано несколько интересных вопросов по внешнему виду и снаряжению петровской армии на 1708-09 гг. (тут и тут). К сожалению, невысокий уровень экспертизы участников привел обсуждение не к обмену фактами, а к обмену предположениями, т.е. гаданию. При этом правильные ответы вроде бы угадали, но вот именно, что "угадали". Хотя многие ответы можно найти в явном виде в материалах отчета Квашнина-Самарина, которые я выкладывал у себя в блоге (ссылка), и других опубликованных источниках.

Итак, начнем с общих вопросов по обуви. Во-первых, обувь в петровской армии относилась к одежде, и на ее постройку делались вычеты из солдатского жалования. Это, наверное, самый простой способ отличить предметы обмундирования от снаряжения. Во-вторых, в армейские солдатские полки русской полевой (!) армии в 1708-09 полагалось по комплекту и сапог и башмаков. В реальности цифры немного отличались, например на расчетные 45.000 пехоты трех дивизий было изготовлено и отправлено в полки в 1708-пер пол 1709 г. 50 тыс. сапог и 32 тыс. башмаков. В-третьих, в походе «лишний» комплект обуви находился в мешке («сухарной сумке») у каждого солдата, перед боем мешки сдавались в обоз. В-четвертых, солдатские сапоги существенно отличались от драгунских. Они были мягкие, круглоносые, высокие, с подвязкой (Преснухин все правильно описал). Стоили такие сапоги на треть дешевле драгунских ботфорт.  

Русская кавалерия 1700-1705: Структура и организация

Шесть лет назад я опубликовал свою статью о структуре и организации русской кавалерии в 1700-05, которая в некоторых моментах, конечно, устарела, но, в целом, не потеряла своей актуальности: Великанов В.С. Русская кавалерия 1700-1705: Структура и организация // Воин: Военно-исторический журнал. 2009. № 7. С. 12-20. Учитывая некий "ренессанс" интереса к петровской армии, возможно данный материал многим будет полезен.

Russian Dragoon officer, 1700s
Unknown author
Русский драгунский офицер, 1700е

Вопрос революционности военных преобразований Петра Великого является одним из спорных мест отечественной историографии. Основу русской армии 18-19 веков составляли полки, сформированные в годы Северной войны, что позволило многим исследователям сделать вывод о создании Петром новой армии. При этом за рамками данных исследований остаются история реформирования и развития вооруженных сил при предшественниках Петра Великого. Во многом это связанно с отсутствием исследования последовательных преобразований структуры и организации русской армии во вт. пол. 17 – пер. четв. 18 веков. В результате создается ощущение, что русская армия Петра Великого была создана на «пустом месте», и прежние воинские формирования не имели особой ценности. Замечательная работа Н.П. Волынского об истории формирования драгунских полков в 1700-06¹ также рассматривает данный вопрос в отрыве от общего состояния русских конных частей в кон. 17 – нач. 18 веков, ограничиваясь лишь изучением собственно новых драгунских частей. В рамках данной статьи предпринята попытка рассмотреть вопросы постепенного развития организации русской кавалерии во вт. пол. 17 века и перехода от рейтарских полков к драгунским. Вопросы тактики, вооружения, обмундирования и амуниции русской кавалерии в описываемый период будут рассмотрены в одной из следующих статей.

К вопросу о петровских драгунах

Вопрос о том, кем же были петровские драгуны: линейной кавалерией, ездящей пехотой или неким «универсальным спецназом» - до сих пор не нашел однозначного трактования в отечественной исторической литературе. Нормальных исследований, увы, но так и не появилось: Волынский вопрос тактики и обучения драгун в своей работе обошел, а в советских и пост-советских исследованиях укоренилась позиция о военном новаторстве Петра I, который смог создать чуть ли не «универсальный спецназ», пригодный и для «малой войны», и для линейного конного боя и для боя в пеших порядках. В этой же парадигме, к сожалению, пишут и мыслят и большинство современных авторов. К теме ранних петровских драгун я уже обращался. Некоторые, возможно, помнят фееричный холивар на эту тему на, увы, почившем форуме регимента. По следам той дискуссии мною была опубликована статья в журнале «Воин» по организации ранних драгун (Великанов В.С. Русская кавалерия 1700-1705: Структура и организация // Воин: Военно-исторический журнал. 2009. № 7. С. 12-20; ссылка), но продолжение по тактике, к сожалению, так и не было опубликовано. На этот раз в бозе почил уже журнал «Воин» - прям несчастливая тема какая-то J. Но, тем не менее, я все-таки планирую к ней вернуться. Итак, давайте посмотрим повнимательнее на полки «набора Золотой Палаты».

Русские гарнизоны на Украине, лето 1708

Наткнулся сегодня в РГАДА на отчет М. Голицына о русских укреплениях и гарнизонах в Малороссии летом 1708. Как и в начале XVIII в. русские гарнизоны стояли лишь в 4 украинских городах: Киеве, Чернигове, Переяславле и Нежине. Все эти города еще с польских времен имели городское самоуправление, и никогда не находились под гетманской властью (кроме короткого периода при Б. Хмельницком). В 1654-55 г. городские привелегии были подтверждены Царем, и они получили царских воевод при сохранении собственного самоуправления и судопроизводства. Кроме этого, русские гарнизоны были в пограничных Новобогородицкой крепости и Каменном Затоне. Эти две крепости изначально строились русскими служилыми людьми и также никогда не были под гетманской администрацией, относясь к Белгородскому Разряду. 

Численность русских гарнизонов и артиллерии в малороссийских городах