четверг, 26 марта 2015 г.

Русская кавалерия 1700-1705: Структура и организация

Шесть лет назад я опубликовал свою статью о структуре и организации русской кавалерии в 1700-05, которая в некоторых моментах, конечно, устарела, но, в целом, не потеряла своей актуальности: Великанов В.С. Русская кавалерия 1700-1705: Структура и организация // Воин: Военно-исторический журнал. 2009. № 7. С. 12-20. Учитывая некий "ренессанс" интереса к петровской армии, возможно данный материал многим будет полезен.

Russian Dragoon officer, 1700s
Unknown author
Русский драгунский офицер, 1700е
Вопрос революционности военных преобразований Петра Великого является одним из спорных мест отечественной историографии. Основу русской армии 18-19 веков составляли полки, сформированные в годы Северной войны, что позволило многим исследователям сделать вывод о создании Петром новой армии. При этом за рамками данных исследований остаются история реформирования и развития вооруженных сил при предшественниках Петра Великого. Во многом это связанно с отсутствием исследования последовательных преобразований структуры и организации русской армии во вт. пол. 17 – пер. четв. 18 веков. В результате создается ощущение, что русская армия Петра Великого была создана на «пустом месте», и прежние воинские формирования не имели особой ценности. Замечательная работа Н.П. Волынского об истории формирования драгунских полков в 1700-061 также рассматривает данный вопрос в отрыве от общего состояния русских конных частей в кон. 17 – нач. 18 веков, ограничиваясь лишь изучением собственно новых драгунских частей. В рамках данной статьи предпринята попытка рассмотреть вопросы постепенного развития организации русской кавалерии во вт. пол. 17 века и перехода от рейтарских полков к драгунским. Вопросы тактики, вооружения, обмундирования и амуниции русской кавалерии в описываемый период будут рассмотрены в одной из следующих статей.

Начиная с 1630-х в Русском государстве происходила последовательная реформа вооруженных сил, и создание армии европейского образца, сначала в дополнение, а потом и на замену существовавшим ратным людям, служившим «по отечеству» и «по прибору». К первым относились дворяне и дети боярские, которые несли личную воинскую повинность и получавшие за службу ненаследные земельные наделы – поместья. Эти помещики несли конную службу, причем закупку лошадей, снаряжения, вооружения и запасов на время похода они должны были производить самостоятельно за счет доходов с поместья. В мирное время помещиков поочередно направляли нести службу на южных, степных рубежах, в военное они подлежали поголовному призыву. Поместная конница была организована по территориальному признаку в «сотни», насчитывавшие 70-140 чел. К ратным людям «по прибору» относились казаки, стрельцы и пушкари, набиравшиеся из «вольницы» (т.е. лично свободных вольных людей), и несшие службу за жалованье. Отдельным видом воинских формирований были наемные конные роты из иноземцев. Точной информации об их вооружении и тактике нет, по всей видимости, они были похожи на современных им западноевропейских рейтар. Первый рейтарский полк «нового строя» из помещиков и детей боярских был создан в 1632 году в ходе подготовки к войне с Польшей, но после окончания неудачного смоленского похода он был расформирован. В 1649 году полковником Исааком фон Буковиным был сформирован новый 2-тысячный рейтарский полк из выборных дворян и детей боярских, ставший школой по подготовке специальных кадров для русской кавалерии вт. пол. 17 века. При мобилизации армии к очередной войне с Польшей в 1653-54 личный состав полка Буковина послужил основой для 6 новых рейтарских полков, ставших основой русской кавалерии в войне 1654-67 и последующих конфликтах на Украине. Первоначально рейтарские полки формировались исключительно из выборных дворян и детей боярских, поступавших на рейтарскую службу добровольно. Главным стимулом для поступления на службу было высокое жалованье и полное снабжение за счет казны. При этом основная масса дворян и детей боярских на начальном периоде войны продолжала нести службу в сотнях за счет доходов от поместий. В ходе войны рейтары показали высокие боевые качества, и, начиная с 1658, начался постепенный перевод основной массы помещиков в рейтарские полки, при этом московские чины и наиболее состоятельные помещики городовых корпораций, способные нести службу с собственных доходов, продолжили службу в сотнях. В 1660 под влиянием эффективности польской гусарии в русской кавалерии появились специализированные типы копейной конницы, гусары в северо-западных  уездах, и копейщики – в южных. В «Росписи начальных и рядовых людей рейтарскаго, драгунскаго и солдатскаго строя на службе в Москве и городах во 171-м (1 сент 1662 - 31 авг. 1663) году»2 упомянуты уже 1 гусарский и 25 рейтарских полков. Часть полков имели территориальный характер, и комплектовались за счет дворян и детей боярских конкретных служилых корпораций, часть – смешанный. По территориальному принципу формировались рейтарские полки в северо-западных (Новгород и Псков) и южных (Белгород и Севск) районах страны. В ходе войны в состав рейтарских полков верстали не только дворян и детей боярских, но и представителей других сословных групп, казаков и даточных и монастырских крестьян. Во вт. пол. 1660х рейтарские полки были реформированы. Из их состава были выведены непомещики, а сами полки получили территориальную привязку. Одновременно, видимо, была изменена их структура, и в состав рейтарских полков были включены копейные роты. В «Росписи ратных людей по полкам»3, датируемой маем 1679 (7187), указаны 25 рейтарских полков, а также отдельные гусарские (5) и копейные (4) роты в составе войск Новгородского разряда. По возвращении войск из киевского похода был произведен разбор и перепись ратных людей, по результатам которых все вооруженные силы были распределены по 9 военным округам – разрядам4. В «Росписи перечневой ратным людем, которые во 189-м году расписаны в полки по розрядам» указаны гусарский и 25 рейтарских полков5. Исходя из данных «Росписи» можно предположить, что все полки имели 10-ротную организацию, но их численность была различной, что было связано с территориальным принципом комплектования. Также в «Росписи»  указано, что в состав рейтарских полков входили копейщики и рейтары, но их пропорция неизвестна. Следующая опубликованная роспись вооруженных сил относится к 1689 году. В «Перечневой росписи служилых ратных людей, бывших в Крымском походе 7197 года» (1689) указаны 28 рейтарских полков и отдельная шквадрона6. Также в составе войск Новгородского разряда показан гусарский полк (шквадрон) майора Челищева в составе 247 чел. Кроме этого, в сотнях (ротах) продолжали нести службу московские чины и наиболее состоятельные представители городовых служилых корпораций. 
Таким образом, к концу 17 века русская кавалерия состояла из рот и сотен сотенной службы и рейтарских полков, состоявших из копейщиков и рейтар. В ротах и сотнях несли службу наиболее привилегированные и обеспеченные помещики из числа московских чинов и городовых дворян, а в рейтарских полках – основная масса городовых дворян и детей боярских и казаков. Их общая численность неизвестна, опубликованные сметы и росписи для 1690х отсутствуют. Количество полков и их дислокация также неизвестны, анализ предыдущих росписей позволяет предположить, что их было 25-30, но в справочнике Рабиновича для 1700 приведены отрывочные данные лишь для 12 из них. В мирное время полки и сотни распускались, помещики и казаки жили в своих поместьях, или по слободам, кормясь на счет отведенных земель, и призывались на службу лишь в военное время. Рейтары и копейщики собирались раз в год осенью на сборы7, данные о каких-либо сборах помещиков сотенной службы в опубликованных документах не найдены.  Постепенно в конце 1660 – начале 1670-х г.г. гусары, копейщики и рейтары из организованных на регулярных основаниях типов кавалерии превратились в сословно-жилые группы, отражавшие определенное социальное и экономическое положение городовых служилых людей по отечеству. Наиболее престижной оставалась служба в сотнях, затем следовали гусары (гусарский полк существовал только в Новгородском разряде), копейщики и рейтары.
Начиная с 1698 было начато формирование новых драгунских полков, составивших основу русской кавалерии в Великой Северной войне. Новые полки на начальном этапе формировались исключительно из дворян и детей боярских, но их основным отличием от рейтар был характер несения службы. Русские рейтарские полки 17 в. формировались на принципе личной поземельной повинности, и это было развитие прежней сотенной службы «по отечеству». Новые драгунские полки комплектовались методом личной вербовки/призыва, и не были связаны с земельными правами. Вознаграждение за службу с самого начала предусматривало лишь денежную форму (жалованье) и обеспечение от казны снаряжением и вооружением. Службу предполагалось нести постоянно, в т.ч. и в мирное время, без сезонных роспусков. Таким образом, это было развитие прежнего метода службы «по прибору». Видимо, именно с этим и был связан выбор названия для нового вида кавалерии – «драгуны». К началу Северной войны были созданы 2 драгунских полка. Первый из них был сформирован по указу от 1 сентября 1698 года Автономом Михайловичем Головиным в селе Преображенском. Первоначально полк именовался Преображенским драгунским Головина, и состоял из 4 рот, набранных из царедворцев. В ходе подготовки к войне со Швецией Преображенский драгунский полк Головина был увеличен до 12 рот за счет принудительного призыва московских дворян и дворянских недорослей, достигших 15-ти летнего возраста и ростом не менее 2 аршин 2 вершков. Новым командиром полка был назначен полковник Андрей Алферьевич Шневенц. К концу августа 1700 полк насчитывал 1 042 человека: 1 полковник, 1 майор, 10 капитанов, 1 полковой квартирмейстер, 17 поручиков, 1 полковой обозный, 12 прапорщиков, 1 полковой адъютант, 1 полковой писарь, 24 сержанта, 12 ротных каптенармусов, 1 полковой лекарь, 12 подпрапорщиков, 12 ротных писарей, 36 капралов, 8 барабанщиков, 64 денщика и 828 рядовых драгун. Одновременно с развертыванием первого полка по указу от 20 января 1700 года Адамом Вейде было начато формирование второго полка, названного Преображенским драгунским Ефима Андреевича Гулица. К августу 1700 полк насчитывал около 800 чел в 10 ротах. Первые два полка были набраны исключительно из «московских чинов», т.е. наиболее знатной и привилегированной части тогдашнего русского дворянства. По мере набора людей с них брали круговые поручительства для предотвращения побегов: «под честным паролем, в правду i под потерянием моего чину, движимых i недвижимых пожитков, служил я царскому величеству»8. За исключением полковников и нескольких старших офицеров из числа иноземцев все остальные командные вакансии были заполнены из числа представителей московского дворянства. Причем ключевым фактором при выборе офицеров, были знатность и родовитость фамилии, а не воинские навыки. Новые драгунские полки уже в августе 1700 выступили вместе с основной армией к Нарве.
Для похода на Нарву полной мобилизации вооруженных сил, аналогичной Крымским походам, не проводилось.  Кроме драгун в кампании 1700 года также приняли участие конные части прежней организации, сотни и рейтарские полки. По указу от 19 августа 1700 для участия в походе к 15 сентября д.б. быть собран Государев полк в составе 11 533 московских чинов и жильцов: «…Государь указал быть в полку фельдмаршала и адмирала Головина в Свейском походе стольником 2920, стряпчим 1497, дворяном [московским – прим авт] 1659, жильцам 5457»9. Также в походе должна была принять участие смоленская, рославльская и бельская шляхта под командой генерал-майора Корсака численностью 900 чел10. Полк Корсака был разделен на 7 рот, численностью 99-158 чел. Московские чины, вероятно, также были разделены на роты (подобная практика существовала в Крымских походах), но точных данных на этот счет нет. Фактическая численность московской и смоленской дворянской конницы, принявшей участие в нарвском походе, не известна. Алларт оценивал ее в 6 т.ч.: «В 14 день (октября) прибыл Фельдмаршал Граф Головин с нерегулярною конницею, а именно: Дворяне Московские и Смоленская Шляхта с их слугами, которых всех было около 6.000 человек»11. Кроме московских и смоленских помещиков мобилизация затронула только Новгородский разряд, сбор копейщиков и рейтар в остальных районах страны не проводился. К Нарве в составе генеральства (дивизии) новгородского наместника князя Трубецкого были отправлены 250 рейтар Ивана Кокошкина, остальные новгородцы, видимо, были сосредоточены в районе Ладоги и участвовали в операциях в районе Невы. Помещики Пскова и пригородов были сосредоточены в районе Печер и приняли участие в боях у Нейгаузена, Ряпиной мызы и Печерского монастыря.
Поражение под Нарвой потребовало мобилизации дополнительных сил для продолжения войны со Швецией. Для усиления конницы в декабре 1700 была проведена перепись помещиков в подмосковных, замосковных, заоцких и низовых городах, из которых планировалось сформировать новые драгунские полки. В 88 переписанных городах оказалось налицо 1 850 ко­пейщиков, 16 796 рейтар и 8 599 недорослей, всего 27 245 помещиков, из которых только 644 человека были признаны негодными к драгунской службе12. Из этого числа на службу в 1701 году были призваны 11 147 чел, из которых в апреле-июле были сформированы 9 драгунских полков: полковников Семена Ивановича Кропотова (с 1706 – Троицкий13), князя Никиты Федоровича Мещерского (Новгородский), Александра Александровича Малины (Сибирский), князя Ивана Ивановича Львова (Астраханский), Михаила Степановича Жданова (Владимирский), Даниила Романовича Шеншина (Шеншина), Федора Аристовича Новикова (Псковский), Никиты Ивановича Полуэктова (С-Петербургский) и Афанасья Гавриловича Рагозина (Пермский). По мере того, как призванные в драгуны помещики съезжа­лись в Москву, их расписывали по ротам и полкам и отдавали под команду офицеров, выбранных из московских чинов или переведенных из солдатских полков. Каждый полк состоял из 10 рот, и насчитывал 30-32 штаб-офицера и около 1000 урядников и драгун (документов о единых штатах этих полков не сохранилось). В дальнейшем, из-за чехарды со сменой полковников и утерей многими полками полковой документации в различных источниках указывались иные данные о количестве сформированных в 1700-01 в рамках т.н. «набора Золотой Палаты» драгунских полков: Макаров в «Журнале Петра Великого» - 12, Устрялов – 10, Иванов – 7, Штейнгель – 1214. Точку в вопросе количества и наименований новоприборных драгунских полков поставил Н.П. Волынский, восстановивший на основе анализа комплекса архивных документов точную хронологию событий15.  По мере формирования новые полки отправлялись в Новгород.
Перепись декабря 1700 не затронула пограничные Новгородский и Смоленский и южные Белгородский и Севский разряды. Дворяне и помещики этих служилых корпораций сохранили свою прежнюю организацию и продолжили службу в сотнях и рейтарских полках. Согласно росписи воинских сил, данной Б.П. Шереметеву при его назначении главнокомандующим 10 июня 1701, общая численность конницы Новгородского разряда составила 6 208 чел.: сотенной службы 1 217 чел., гусар 477, копейщиков 630, рейтар 3 88416. Дворяне и дети боярские сотенной службы показаны в Ладоге в полку ладожского воеводы окольничего П.М. Апраксина, а все остальные – во Пскове с псковским воеводой окольничим князем Щербатовым. В самой Росписи новгородцы показаны по корпорациям и категориям, упоминание о сведении помещиков в полки отсутствует. Однако в росписи ратных людей в сентябрьских боях 1701 в отряде Корсакова, отряженного к мызе Ревге, указано 2997 чел. из отряда Щербатова: «…гусар 351 ч., копейщиков 393 ч., рейтарских полков: Ивана Кокошкина 1.019 ч., Михайла Франка 1.054 ч., Федора Ушакова 180 ч…»17. Кроме этого, в Гдове «с ротмистром, что ныне полковник [указание на звание полковника относится к 1705 году, дате составления итогового варианта военно-походного журнала], с Моисеем Мурзенком началных людей, и рейтар, и Псковских и Себежских казаков да рейтар же» - 1015 чел., в Печерах в полку Михаила Хилинского 549 луцких конных казаков. Таким образом, налицо разделение новгородской конницы минимум на 4 полка (Кокошкина, Франка, Ушакова-Мурзенка и Хилинского), при этом указанная численность практически полностью совпадает с общей численностью рейтар в июньской росписи (3 884 и 3 817), что позволяет говорить о полноте приведенных данных. Отряд смоленской шляхты генерал-майора Богдана Корсака, действовавший в составе войск Шереметева, в конце августа 1701 года состоял из 7 рот шляхты (720 чел.) и рейтарского полка Самуила Станкевича (772 смоленских помещика и грунтовых казака)18.
Рейтары и драгуны совместно действовали во всех операциях 1701-04 годов. В сентябрьских боях 1701 участвовали драгунские полки Гулица, Кропотова, Зыбина, Львова и Новикова, рейтары Кокошкина, Франка и Ушакова. В эрестферском походе в составе Большого полка Шереметева указаны драгунские полки Гулица, Кропотова, Зыбина, Львова, Полуехтова, Новикова и Мещерского, новгородские роты в ертауле Назимова и часть рейтар Мурзенка. Помещики новгородских пятин несли службу в отряде ладожского воеводы П.М. Апраксина, а Пскова и пригородов – в Гдове и Печерах. В следующем 1702 году во «втором свейском походе» Шереметева приняли участие 9 драгунских полков, рейтарский полк Мурзенка (950 Псковских, Себежских, Опочецких и Луцких казаков) и отдельные гусарские, копейные и рейтарские роты из дворян и детей боярских Пскова и пригородов.  Новгородские помещики в отряде Апраксина участвовали в боях на реках Тосна, Ижора (т.н. «крониортов бой») и Славянка, закончившихся поражением шведской конницы. Еще в ходе кампании по царскому указу от 17 июня 1702 была проведена перепись «Новгородцом, Вотцкой, Деревской, Бежецкой, Обонежской пятин да Шелонской пятины, которые живут ото Пскова дале 60 верст, да городов Тверичам, Новоторжцом, Старичаном», согласно которой налицо были 3 245 чел., из них: сотенных 734 чел., гусар 240 чел., копейщиков 177 чел., рейтар 2 094 чел. (включая новгородских и копорских казаков)19. По окончании кампании в октябре 1702 Апраксин произвел их разбор, разделив на 3 категории. Те, кто были в состоянии по своим физическим данным нести личную службу и имели крестьянские и бобыльские дворы, т.е. источники для несения службы, были оставлены в прежней сотенной службе. Помещики и казаки в возрасте до 35 лет, беспоместные или пустопоместные, были поверстаны в драгуны, т.е. переведены в новый статус служилых людей. Драгуны новых полков несли постоянную личную службу, получая от государства жалованье и все необходимое для службы (вооружение, обмундирование, амуницию, экипировку, лошадей и питание). По своему статусу драгуны из помещиков не отличались от драгун и солдат, набранных из крестьян и вольницы. Беспоместные и пустопоместные помещики старше 35 лет, а также неспособные нести службу по состоянию здоровья должны были нести налоговые и прочие повинности на общих основаниях, включая поставку даточных (по одному с 25 дворов). В драгуны было записано 1 453 чел, разделенных на 2 полка под командой полковников  Дениса Девгерина (с 1708 – Вятский) и Людвика Вольмат-Бодевия (с 1708 – Нижегородский). В офицеры новых полков были выбраны начальные люди из рейтар и гусар. Остававшиеся на службе помещики Пскова и пригородов участвовали во всех кампаниях в Прибалтике в 1702-07 годах и постепенно были переведены в драгуны. Осенью 1705 псковские дворяне и дети боярские были разобраны копорским комендантом Я.В. Римским-Корсаковым. Способных нести службу с поместий оставили в прежней «сотенной службе», а 897 чел. годных к службе, но беспоместных или малопоместных, записали в драгуны. Выбранные драгуны составили 10-ротный драгунский полк подполковника князя Тимофея Никитича Путятина (с 1708 – Луцкий). В его состав вошли «полковаго i ундер штабу i обер афицеров 28 человек; ундер афицеров, капралов i драгун i неслужащих: ic шляхетства 700, ic казаков 195, is слуг монастырских 2, итого 897». Помещики, определенные для продолжения сотенной службы, не несли постоянной службы, и собирались лишь для конкретного похода. Так, в выборгском походе 1706 года приняли участие 530 человек, несших службу в «выборных ротах Новгородскаго розряду»20. Городовые казаки и часть дворян и детей боярских продолжили нести службу в рейтарских полках Мурзенка и Назимова в гарнизоне Дерпта. По указу от 5 января 1707 они были переформированы в 10-ротный драгунский полк полковника Моисея Мурзенка (с 1708 – Олонецкий) в составе 650 человек (20 офицеров, 630 нижних чинов), остальные были отпущены со службы21. Смоленская шляхта в 1700-04 действовала в составе шляхтетского и рейтарского полков, и была переформирована в драгуны по указу от 4 марта 1705. В новый 12-ротный полк полковника Николая Геренка (с 1706 - Рязанский) были поверстаны 1 245 чел.: «Полковник 1, подполковник 1, маэор 1, капитанов 7, порутчиков 8, полковой квартермистр 1, отютант 1, прапорщиков 8. Итаго 28. Полковой писарь 1, полковой каптенармус 1, ундер афицеров 36, ротных писарей 12, капрал и драгун з борабанщики 1.167. Итаго 1.217»22
Перевод в драгуны дворян и детей боярских южных уездов был осуществлен в 1704-5 годах. В 1704 белгородским губернатором генерал-майором князем Иваном Михайловичем Кольцовым-Масальским был сформирован 10-ротный драгунский полк князя Никиты Федоровича Мещерского (расф. 1712). В следующем 1705 году было сформировано 3 драгунских полка, из севских дворян и детей боярских – Михаила Зыбина (1707 – Лейб), белгородских – Ивана Пестова (Нарвский) и Федора Хрущева (Вологодский). Большинство помещиков низовых городов были набраны в рекрутные команды, шедшие на пополнение существовавших полков. Самостоятельная часть из них была сформирована всего одна – полк Владимира Петровича Шереметева (расф. 1715). Из оставшихся за разбором в 1701 году помещиков центральных регионов в следующем 1702 были сформированы драгунские полки Петра Деолова (Тверской) и Михаила Франка (Смоленский). По указу от 8 апреля 1704 года из московских дворянских недорослей были сформированы 2 драгунских полка, шефом которых был назначен ингерманландский губернатор генерал-от-кавалерии князь А.Д. Меншиков. Оба полка получили название Ингерманландских и номера, 1-ый (Ингерманландский) и 2-ой (Невский). Таким образом, всего в 1698-1705 из дворян и детей боярских были сформированы 24 драгунских полка и 2 выборных драгунский эскадрона, сформированных в качестве личного конвоя Б.П. Шереметева (с 1706 – Архангельский драгунский полк) и А.Д. Меншикова.
На протяжении 1700-04 годов новые драгунские полки не имели официально установленных штатов, придерживаясь условно-стандартной 10-ротной организации. Первая попытка ввести официальные штаты была предпринята фельдмаршалом Г. Огильви. Согласно его предложению драгунский полк должен был состоять из 12 рот, сведенных в 6 эскадронов, общей численностью 1 213 чел:  1 полковник, 1 подполковник, 1 майор, 1 квартирмейстер, 1 секретарь, 1 адъютант, 1 полевой священник, 1 главный фельдшер и 3 помощника, 1  обозный, 1 профос, 12 капитанов, 12 поручиков, 12 фендрихов или прапорщиков, 12 вахмистров, 12 фурьеров или квартирмейстеров, 36 капралов, 12 ротных писарей, 24 барабанщика, 12 седельников, 12 кузнецов и 1 044 рядовых23. Однако в итоге новые штаты получил лишь один полк – Геренка-Рязанский, остальные остались в прежней 10-ротной организации.
Временные рамки данной статьи ограничены 1705 годом, что связанно с завершением переходного этапа в развитии русской кавалерии. Новые штаты, массовый найм обер-офицеров за границей позволили переформировать драгунские полки в линейную кавалерию европейского типа. Начиная с 1704 также началось переодевание армии в мундиры европейского образца, и к 1706-08 петровская армия постепенно приобрела тот вид и организацию, которая описана в большинстве работ по истории русской армии. Именно в эти годы было проведено реформирование русской кавалерии, основной чертой которой стал перевод дворян и детей боярских из прежней сотенной и рейтарской службы (т.е. службы «по отечеству», основанной на поземельной повинности) в новые драгунские полки, формировавшиеся по принципу личной службы/прибора. Изменение характера и порядка несения службы позволило сделать следующий эволюционный шаг в развитии вооруженных сил - переход к постоянным армиям мирного времени. Данный шаг нельзя назвать революцией, это было следствие общего поступательного развития. Вплоть до 1670-80х большинство европейских государств не имело крупных армий в мирное время, ограничиваясь отдельными конными ротами и гарнизонами крепостей. Содержание полевых частей в условиях отсутствия прямой угрозы считалось лишней тратой средств. В случае необходимости армии развертывались за счет вербовки, причем не только граждан данного государства. Для данного периода военная организация Русского государства имела более продвинутую форму, ее костяк составляли жилые полки, имевшие территориальную привязку и комплектовавшиеся исключительно по национальному признаку. В мирное время полки фактически были распущены, на службе числились лишь командные кадры. Данная система позволяла в короткие сроки без существенных затрат на вербовку произвести мобилизацию всех вооруженных сил. Схожую организацию имела и Швеция – индельта. Период 1670-90х ознаменовался в Западной Европе чередой крупных войн, которые потребовали постоянного содержания на службе значительных воинских сил. Это приводило к тому, что армии по завершении очередного конфликта не распускались, а лишь сокращались, но на службе в мирное время продолжали оставаться многочисленные постоянные полки. На их фоне военная организация Русского государства к 1700 году выглядела не вполне современной, что позволило многим историкам говорить о «революции», сделанной Петром Великим. Однако не следует забывать, что в означенный период Россия участвовала лишь в войне с Турцией, для которой не требовалось постоянного содержания войск, и которая велась методом организации отдельных походов (Крымские и Азовские). В этих условиях было достаточно имевшейся модели жилых войск, позволявшей провести мобилизацию к заданной дате необходимых сил. Потребности в постоянном содержании на службе крупных сил не было, и введение данной меры в тех условиях привело бы лишь к излишним финансовым расходам. 
Одновременно с изменением характера несения службы была проведена и ревизия основного тогдашнего служилого сословия – дворян и детей боярских. Наиболее обеспеченным помещикам были предоставлены льготы по возможности несения военной службы при условии покрытия ими всех издержек. Из их же числа выбирались командные кадры для новых полков. Основная масса помещиков была бессрочно прибрана на военную службу в качестве рядовых, и фактически уравнена в правах и правилах несения службы с призванными из иных социальных групп. Пожилые (старше 35 лет) и неспособные к службе были обложены налогами и податями. При этом на начальном этапе войны (1700-05) русская кавалерия сохраняла свой прежний социальный статус и комплектовалась исключительно дворянами и детьми боярскими, первый набор в кавалерию даточных крестьян (1 человек с 80 дворов) был проведен по указу от 14 июля 170524.

Примечания:
1. Волынский Н.П. Постепенное развитие русской регулярной конницы в эпоху Великого Петра с самым подробным описанием участия её в Великой Северной войне. Выпуск 1, книги 1-4, СПб., 1912 г. В 1 и 2 книгах приведено исследование создания и применения драгунских полков в 1700-06, в 3 и 4 - архивные документы по описываемым событиям и фактам.
2. Веселовский С.П. Сметы военных сил Московского государс­тва 1661-1663. М., 1911. Смета VIII. Роспись начальных и рядовых людей рейтарскаго, драгунскаго и солдатскаго строя на службе в Москве и городах.
3. Русская историческая библиотека. Т. 11. СПб, 1889. С. 414-420: «В большом полку с боярином и воеводы со князем Михаилом Алегуковичем Черкасским со товарищи (6 полков)… смоленского полку шляхты..., рейтары… копейного и рейтарского строю… стольник и полковник Федор Тихонов сын Зыков… полковник иноземец Вилим Романов сын Рей­тар… полковник иноземец Яган Андреев сын Гулиц…  полковник иноземец Яков Балсырев сын Тур… полковник иноземец Павел Гавриилов сын Менезиюс.
Новгородского разряду с боярином и воеводами со князем Иваном Андреевичем  Хованским со товарищи (3)…  гусар в 5-ти ротах 417 ч., копейщиков в 4-х ротах 388 ч., рей­тар в 3-х полках 3043 ч
Казанского разряду с боярином и воеводам со князем Михаилом Юрьевичем Долгоруково (4)… стольник и полковник Моисей Романов сын Беклемишев… полковник иноземец Яган Иванов сын Фанговен… полковник иноземец Михайло Михайлов сын Лицкин… полку полковник Данила Пулст
В рязанском разряде и в севском полку с боярином и воеводою с Петром Васильевичем Шереметевым (3)… стольник и полковник Иван Григорьев сын Чернышев… полковник иноземец Индрик Андреев сын Гулиц...  полковник Федор Петров сын Кох
В белгородском полку с боярином и воеводою с Иваном Богдановичем Милославским (9)…  копейного и рейтарского и солдатского строю генерал - поручик Франц Ульф. Рейтарского строю полковники: Никита Дромонт, Тобияс Калбрехт, Кашпир Гулиц, Петр Рыдер, Петр Стромичевский, Еремей Марлет, Иван Баров… Михайло Гопт».
4. Чернов А.В. Вооруженные силы Российского государства в XV-XVII в. М. 1954. С. 187-189
5. Иванов П.И. Описание государственного Разрядного архива, с присовокуплением списков со многих хранящихся в ном любопытных документов. М., 1842
6. Устрялов Н.  Кн. 1, с. 386-389. Приложение IX, «Перечневая роспись служилых ратных людей, бывших в Крымском походе 7197 года». Поименно приведены 27 рейтарских полков, не указан второй рейтарский полк в полку А.И. Хитрово.
7. Устрялов Н. История Петра Великого. Кн. 1. С. 381. Указ об обучении копейщиков и рейтар Ярославля, Романова и Углича, приписанных к полку полковника Федора Коха.
8. Волынский Н.П. Ук. соч. Кн. 4, Приложение XLIII. Сказка подполковника Сибирского драгунского полка Абрама Xристофоровича Арапова от 15-го февраля 1721 года, призванного в 1700 в драгунский полк Шневенца рядовым.
9. Устрялов Н. Ук соч. Кн. 4. Ч. 2. с. 468. Приложение 4, Ведомость № 2
10. Разборный список Смоленской шляхте и рейтарам и о высылке их Великого государя на службу. 1700 г.// Смоленская шляхта т. 2: Списки шляхты, хранящиеся в РГАДА. М. 2006. (Со ссылкой на: РГАДА, ф 145, оп. 1, 1700 г., столбец 13)
11. Галларт Л.Н. Подробное описание осады города Нарвы и сражения под сим городом в 1700 году (Отрывок из Истории Петра Великого, сочиненной генералом Аллартом. Рукопись) // Северный архив, 1822. – Ч. 1. – № 1. с 11
12. Волынский Н.П. Ук. соч. Кн. 3, Приложение XXVII, № 1, с. 119-135 [в данном приложении приведена роспись чинов по городам – прим. авт.]
13. Здесь и далее при указании наименования полка указан его полковник на описываемый в повествовании момент, в скобках указано наименование полка в 1706 году (большинство драгунских полков получили наименования по городам и провинциям осенью 1706 года, в отличии от пехоты, переименованной в 1708). История отдельных полков и преемственность их переименований и переформирований выходит за рамки данной статьи.
14. Журнал Петра Великого (сост. кабинет-секретарем Петра А.В. Макаровым). СПб, 1770, ч 1, стр. 28-29; Устрялов Н. Ук соч. Кн. IV, ч. 1, с 70; Иванов Н.А. Состав и устройство регулярной русской кавалерии с 1700 по 1864. Спб, 1864, с. 19-21; Штейнгейль В. Императорская Российская гвардия 1700-1878. СПб, 1900, вып. I, с. 21-23.
15. Волынский Н.П. Ук. соч. Книга 4 содержит публикацию архивных документов по истории отдельных полков, в т.ч. т.н. «полковые сказки 1721 года», хранящиеся ныне в РГАДА (ф. 490), на основании которых была восстановлена хронология создания частей.
16. Военно-походный журнал (с 3 июня 1701-го года по 12 сентября 1705 года) генерал-фельдмаршала Бориса Петровича Ше­реметева, посланного по высочайшему повелению в Новгород и Псков для охранения тех городов и иных тамошних мест от войск Шведскаго короля (далее ВПЖ)// Материалы Военно-учетного архива, Вып. 1, Спб, 1871, стб 61-62, 64 и 69.
17. ВПЖ, стб 77
18. ВПЖ, стб 76
19. Волынский Н.П. Ук соч, Кн. 3, Приложение XXVII—В, с. 178, № 2 Память в Приказ военных дел, от 29-го ноября 1702 года.
20. Волынский Н.П. Ук соч, Кн. 3, Приложение XLII, с 453, № 27. Ведомости драгунских полков, участвовавших в походе из С.-Петербурга под Выборг, от 22-го ноября 1706 года. Данные роты продолжали нести службу минимум до 1714 г.
21. Письма и бумаги императора Петра Великого (далее ПиБ)., СПб. 1907. Т. V. с. 7. № 1491. Петр I обер-коменданту Пскова и Нарвы Кириллу Алексеевичу Нарышкину, 5 января 1707
22. Волынский Н.П. Ук. соч. Кн. 4. с. 458, Приложение  LХХII, № 1 «Выписки из книги сказок Рязанского драгунскаго полка, представленной в Го­сударственную Военную Коллегию при отношении полка от 1-го января 1720 года».
23. Волынский Н.П. Ук соч. Кн. 3, стр. 101—102. Приложение XXVI, № 4 «Генеральное расписание всем регулярным конным и пехотным Его царскаго величества войскам, как оныя по данному фелдмаршалом Огилвиом проекту управляеми быть могут от 12-го октября 1704 года»
24. Автократов В.Н. Военный Приказ (К истории комплектования и формирования войск в России в начале XVIII в.)// Полтава. К 250-летию Полтавского сражения. М., 1959. С 231. См также: ПСЗ. т. IV, № 2065, с. 313


2 комментария:

  1. It is my great pleasure to visit your website and to enjoy your excellent post here and thanks for share your a good piece of content with us..please visit my site alsoyahoo password recover help.I hope you like my site.

    ОтветитьУдалить
  2. Nice information keep sharing with us. Please check out bt helpline number also. I hope it will help you.

    ОтветитьУдалить