среда, 20 февраля 2013 г.

Новосельский А.А. Россия и татары в 1659 г. Конотопская битва. Вторжение хана в московскую Украину.


К сожалению, вторая часть монументальной работы А.А. Новосельского по борьбе Московского государства с Крымским ханством во вт. пол. XVII в. так и не была им завершена при жизни. В 1994 вышел посмертный сборник его статей и работ ("Исследования по истории эпохи феодализма" М. Наука. 1994), в которую в т.ч. вошли материалы пяти глав, посвященных отношениям с крымчаками. Кроме этого, в этом же сборнике были опубликованы многим хорошо известные статьи "Город как военно-служилая организация" и "Очерк военных действий Шереметева в 1654 на новгородском направлении". Ниже приведена 4 глава из указанного сборника, посвященная Конотопской битве и российско-крымским отношениям (если их можно так назвать, применительно к этому периоду) 1659-1664 гг. 
ССЫЛКА НА СБОРНИК "ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ИСТОРИИ ФЕОДАЛИЗМА" (скачать)
Избрание Ивана Выговского гетманом состоялось вскоре после смерти Богдана Хмельницкого (умер 27 июля 1657 г.), примерно через месяц (24—27 августа). Избрание Ивана Выговского сразу же вызвало оппозицию среди казачества. Эту оппозицию возглавили полтавский полковник Мартын Пушкарь и кошевой атаман низового казачества Яков Барабаш. Поскольку эти события выходят за пределы нашей темы и уже были предметом изучения, мы лишь кратко коснемся их. Новому гетману сразу пришлось принимать решительные меры, чтобы укрепить свое положение. Действия Ивана Выговского по укреплению своего положения в 1657-1659 гг. увенчались успехом. Он заручился поддержкой хана и султана. Новый гетман быстро подавил движение Я. Барабаша и /60/ восстание под руководством Мартына Пушкаря. Две основные причины , кажется нам, следует привести для объяснения этого. Во-первых, Иван Выговский объединил огромное большинство казачьей старшины. Иван Выговский говорил, что он не хочет, как Богдан Хмельницкий, утверждения московской власти в украинских городах (воевод), а хочет сам владеть ими. Большинство полковников решительно поддержали его в этом. Вторая причина заключалась в том, что русское правительство было ослеплено и не поддержало противников Ивана Выговского, а, напротив, согласилось с толкованием Ивана Выговского, что это движение было проявлением своеволия и смуты, которую оно считало необходимым подавлять, подобно тому как оно считало необходимым это делать в России. Ивану Выговскому помогла классовая [ориентация ] русского правительства, которое собственными руками предало Ивану Выговскому его врагов Я. Барабаша и М. Пушкаря.
Дальнейшие действия Ивана Выговского были направлены прямо против русского правительства. Пока оно разбиралось в новой ситуации на Украине, оно уже имело перед собой полностью мобилизованные силы запорожского казачества, объединенные с огромной ратью татар. [И ] потерпело поражение под Конотопом от татарского хана, какого еще ни разу не пришлось ему терпеть в XVII в.

Поскольку Иван Выговский сразу же и решительно ориентировался на польское правительство и Турцию, то союз и поддержка Крыма были ему обеспечены. Крым уже давно ожидал удобного момента возобновить вмешательство в дела Украины, которое обеспечивало ему крупную добычу на долгий срок. Московские посланники, находившиеся в это время в Крыму,— Яков Якушкин и Гаврила Михайлов, уже зимой 1657/58 г. знали о сношениях Ивана Выговского с ханом Магмет Гиреем. 28 февраля 1658 г. к ним на стан заезжал кн. Маметша Сулешев и сообщил: «Для того де прислал писарь [Иван Выговский] гонцов своих, трех человек, что им быти с крымским царем по прежнему своему договору, как было при Хмельницком заодин и для того договору прислать к ним верного своего писаря с черкасы, которые ему послушны, договор и шерть учинить и, договоряся, итти им сообща на нижние их черкасские коши (на Якова Барабаша), чтоб их разорить. А он де, писарь с запорожскими черкася, которые ему,,писарю, послушны, от московского государя отложился. А про то де ему, писарю, ведомо учинилось впрямь, что великий государь низовым черкаса жалованье посылает, чтобы им промысл учинить и над ним, писарем, и над ево черкасы, чтоб его, писаря, разорить и под государеву руку в подание подвесть. И ныне тот писарь, убоясь тово, хочет над ними над самими, сложась с крымскими людьми, на тех кошевых черкас итти войною. И они де, низовые черкасы, збираютца мно гие люди из Запорог и з Дону"1. Для заключения договора и шерти и был послан князь Караш бей (Ширинский). А им де крымским людем, те низовые черкасы грубны за то, что они, низовые /61/ черкасы повоевали и в полон поймали». Несколько позднее кн. Караш сообщил переводчику Кутломаметю Уст-Касимову, что он был у Ивана Выговского и заключил договор, чтоб ему с крымским царем быть в дружбе. Договор касался совместных действий против отложившихся от писаря казаков и о подданстве Выговского у хана «так же как Богдан Хмельницкой». «А крымской де царь на него, писаря, войною не ходил и своих людей не посылал, жил с ним в совете и в любви». При нем же Караш мурзе в Чигорине был от [турецкого царя] Салтана чауш, чтоб крымский царь был с черкасами в мире. Чауш заезжал к Выговскому по пути в Крым, куда его посылал султан. Иван Выговский сказал Караш мурзе, что он не хочет принять московских воевод в черкасские города, и он, Выговский, «у воевод под началом быть не хочет, хочет теми черкасскими городами владеть сам так же, как владел гетман Богдан Хмельницкий»2.
К весне 1658 г. около Чигирина скопилась масса татар. Мартын Пушкарь определял численность татар в 40 000 человек. Они готовились к переправе через Днепр. Сам Выговский с значительным войском стоял в Жовнине. Он же распоряжался переправой татар через Днепр, которая происходила в нескольких местах: под Кременчугом, у Максимовки и Сокирой3. Едва ли возможно было себе представить, чтобы татары не использовали положения для нападения и грабежей. Разгром восстания М. Пушкаря в июне 1658 г. и его сторонников развязывали татарам руки, но их самочинные действия встречали отпор. Слыша со всех сторон жалобы [казаков ], Иван Выговский не противодействовал [их борьбе] с самочинными действиями татар. Так определяет поведение Выговского Н. И. Костомаров4.
Неопределенное положение сохранялось до окончательного разрыва с Москвой после договора с Польшей 18 сентября на раде под Гадячем. После этого Иван Выговский во главе своих войск достиг границ Русского государства; впрочем, в этом случае Выговский утверждал, что имеет в виду лишь изменивших ему казаков.
В «Дневной записке», составленной в Разрядном приказе, перечислены потери, причиненные татарами, поляками и черкасами в течение 1658—1665 гг. 23 августа к городу приходили крымские и ногайские татары и черкасы к Недригайлову и «на посаде 2 человека ранили, стада животинные отогнали и в уезде село Ольшанку разорили, многих людей побили и ранили и хлеб всякий потравили, потолочили и пожгли»5. 1 сентября приходили татары и черкасы, «многие люди из полков Ивана Выговского под Каменное войною и на бою убили 2 /62/ человека, конские и животинныс стада отогнали»6. То же самое татары учинили под Олешней, «всяких чинов людей я полом поимали»7. 10 сентября пришли под Каменное «татары с черкасами, и со многими воинскими людьми город осадили, и посад отняли и стали под Каменным таборами». С 10 по 19 сентября татары и черкасы конные и пешие многие люди приступали к Лебяжью, посад выжгли, многих лебединских черкас побили и в полон поймали и стада отогнали. Да Полтавского полка села и деревни татары и черкасы «жгут и людей побивают»8. 23 сентября приходили под Карпов татар с 300 человек «и больше и на посаде многих людей побили и в полон поймали». Олешинский, Валковский, Хотмышский и Карповский уезда «безвыходно воевали и людей побили, в полон имали и многие места разорили»9. Да под Каменное ж «де приходили татаровя с ызменником» Иваном Выговским, и черкасы к Каменному приступали, и на приступах побито каменновцев человек с 3010. 7 октября из Белгорода от Г. Г. Ромодановского было получено сообщение о том, что «стоит под Каменным гетман Иван Выговский да с ним же салтан... да с ним же Карачий мурза (Карач бей Перекопский), да Маметша князь Сулсшев, да сын его Батырша мурза, а с ним 40 человек собираются приходить под другие украинские города»11. 8 октября из Хотмышска от воеводы Истомы Сухотина получено сообщение, что 16 и 20, сентября приходили в Хотмышский уезд татары и черкасы, села и деревни воевали, а приходили они по «присылке» Ивана Выговского. Тогда же приходили в Валковский уезд (вероятно, Вольновский), «и вольновцов детей боярских и иных всяких чинов людей побили, а иных взяли в полон»12. Того же числа Истома Сухотин сообщил, что 20 сентября татары и черкасы приходили в Хотмышский уезд, меж Карпова и Хотмышского села и деревни повоевали13. 17 октября из Белгорода сообщали, что татары и черкасы Колонтаев «обвоевали», хлеб на поле и в гумнах весь пожгли. Городенский острог взяли и весь разорили. Не доходя Ахтырки на реке Густине в Новой черкасской слободе «татары и черкасы воюют и черкас побивают»14. В октябре же Г. Г. Ромодановский сообщил по отписке из Вольного, что пришли крымские татары и черкасы, пасеки многие разорили «и пасечников посекли и в полон поймали»15. 10 декабря, по-видимому, повторяя уже сказанное выше, приказный человек Алексей Бовыкин сообщил, что в 1658 г. в разных числах приходили много раз под Олешню полки Выговского, татары и черкасы, животину отогнали, приступали к Олешне «не поодно» время, посад весь и гумна и «всякий хлеб» пожгли и на «поле потравили»16. /63/ В январе-феврале 1659 г., по данным той же «Дневной записки», война в пределах Русского государства приостановилась и сосредоточилась в уездах и городах Украины (Колонтаев, Лохвица, Сорочинцы, Ряшевка, Савичи), везде воюют села и деревни17. Словом, под руководством татар черкасы, подчинившиеся Ивану Выговскому, получили первые уроки погромов и грабежей не только московской Украины, но и городов и сел своих же черкасских городов и уездов.
Победа Ивана Выговского над Пушкарем и расправа над Яковом Барабашем не погасила восстания; напротив, оно расширилось и находило новых сторонников. Заключение Гадячского договора с Польшей 18 сентября 1658 г. не означало еще его ратификации и  реальной поддержки от польского короля. Русские войска во главе с Г. Г. Ромодановским, а затем во главе с А. Н. Трубецким вступили в борьбу с Иваном Выговским. Неудачна была попытка [Данилы Выговского (брат) ] захватить Киев18А. Н. Трубецкой начал осаду Конотопа, где засел полковник [Стефан] Гуляниций, решительный приверженец Ивана Выговского. Длившаяся с 21 апреля до 29 июня, она оказалась безуспешной. Осаду пришлось снять19.
Иван Выговский настойчиво требовал помощи от хана. Отношения Крыма к Москве хорошо отражены в дипломатической переписке русских посланников Я. Якушкина и Г. Михайлова и вновь присланных в Крым Ивана Апухтина и Фирса Байкова. Последние имели более широкие полномочия. По-видимому, русское правительство уже поняло резкую перемену, происшедшую на Украине. Впрочем, о всем этом мы уже рассказали выше. Посланники узнали, что 18 мая хан собирается в поход, а 19 его начал. 27 июня посланники были закованы в кандалы и посажены в яму20
Сохранилось несколько рассказов о битве под Конотопом; не входя в детали, можно восстановить общий ход сражения. Начало его дано в рассказе толмача Терентия Фролова в Посольском приказе 22 августа 1659 г.: 20 мая «по многим присылкам изменника Ивашка Выговского крымской царь с нурадыном царевичем и с ыными царевичи и со всеми своими ратными людьми из Крыму пошел в черкасские городы, а с собою взял в поход ево, Терентья, одного. А в Крыме оставил калгу царевича»21. «А шол крымский царь в черкасские городы на Голтву, да з Голтвы под Конотоп. А с ним из Крыму пошло крымских татар, нагайцов и белогородцов, и азовцов, и темрюкских черкас с 60 000. А Турского де салтана воинских людей с ними не было; только де было енычар 240 человек, которые живут в Крыме. И с Выговским де сошлись до Конотопа за 2 дни по сю сторону Днепра. /64/ И тут хан с Выговским договор учинил. И Выговский де хану присягал на том, что ему со всеми черкасы быть у него в подданстве и в соединении вечно и на всякого недруга стоять заодно. И посте договору и присяги хан на Выговского, да на 12 человек полковников положил кафтаны». «А с Выговским де черкас, и болгар, и венгер, и мутьянов было с 40 000, И соединяся с ханом, пошли под Конотоп». По-видимому, Терентий Фролов не имел возможности наблюдать хода боя, поэтому сражение было дано кратко. В этом рассказе упомянуто, что много начальных и рядовых ратных людей захвачено русских, до 5000 человек. Хан указал всех казнить. В живых будто бы были оставлены только князь Семен Петрович Львов и дворян и жильцов 5 человек. В том же рассказе Т. Фролова упомянуто о приходе к хану еще 30 000 крымских ратных людей. При отступлении «обозом» полка Алексея Никитича Трубецкого от Конотопа к реке Семи татары «над обозом ничего не учинили», а сами понесли большие потери: черкас с 3000 и татар с 500 человек убитыми22
Чтобы не возвращаться более к версии, изложенной Н. И. Костомаровым, укажем, что в битве пало 3000 русских23. Более достоверные данные сообщал атаман Иван Безпалый, который с 2000 черкас принимал участие в битве против Ивана Выговского и татар. По указаниям Т. Фролова, хан после того боя указал окольничего князя С. Р. Пожарского и весь полон казнить. Семен Романович Пожарский лишился головы за то будто бы, что в прошлых годах (1646 г.) приходил с государевыми ратными людьми под Азов на царевичей24. Мотив возможный, но известно, что С. Р. Пожарский вел себя перед лицом хана крайне дерзко, как об этом говорят современники. Смелые и дерзкие примеры его столкновений с татарами были вообще известны25. Окольничий С. П. Львов [не был казнен], но вскоре умер в татарском обозе. Несмотря на указ хана об истреблении всех пленных, по крайней мере часть полона, а может быть и его значительная часть была укрыта татарами, не в интересах которых было его уничтожение.  В 1661 г. переводчик Абдул Байцын, бывший в Крыму с дьяком Иваном Татариновым, со слов Перекопского бея узнал, что взятых под Конотопом ратных людей разных чинов, которых укрывали татары, было человек с 40026. Отступление обоза А. Н. Трубецкого к реке Семе происходило под непрерывными атаками черкас Выговского и татар, стремившихся «разорвать» обоз и захватить значительный полон. Потери нападающих были велики, причем явно преувеличены — «на одной помычке (схватке) побито с 6000 человек» и что обоз будто бы пришел к реке Семе «дал бог здорово»27. /65/
Все упоминающееся в летописных источниках, использованных И. Костомаровым, опровергается отчетными данными, представленными из полков в Разряд. Цифра павших в бою под Конотопом в 30 000 человек явно преувеличена, потому что едва ли общее количество русских ратных людей, участвовавших в битве, достигало такой цифры.
Посланцы Ивана Безпалого27, есаул Семен Черкес с товарищами, и сам Безпалый в письме 26 июля сообщили более точные и конкретные сведения о битве под Конотопом. Боярин А. Н. Трубецкой снял осаду Конотопа «для великой нужи, что всяким запасом в войске нужно было и голодно». Отступая от Конотопа, русское войско подверглось нападениям Выговского и татар28.
Посланцы Ивана Безпалого, есаул Семен Черкес с товарищами, в июле показали в Посольском приказе о битве под Конотопом и подали письмо Ивана Безпалого. В основном сведения, и устные и письменные, совпадают. 24 июня стало известно, что Иван Выговский посылал «подъезд» под войска А. Н. Трубецкого. Посланцев допрашивали, как у государевых ратных людей с черкасы и с татары бой был на переправах на Сосновке и на Поповке, они на том бою были и, какими причинами государевым людям учинился упадок, видели. «А упадок учинился по таким причинам». Ратные люди отошли от табора 7 верст, и переправу перешед, на табор и на немец ударили смело без опасу, потому что объявились люди не само большие, а больших не начаялись, и хотели тех людей снести. И на них-де пришли сзади хан со всеми татары и черкасы, откуда их не чаяли и с которой стороны не опасались, потому что на той стороне, откуда они зашли, переправа большая, болото великое, в длину того болота сколько верст и про то сказать не ведают, а поперег на версту, темде и подманило, и ударились татары иные близко боярского обозу. Татары «безвестно подъезд вашего царского величества со всех сторон обступивши побили». «Насилу, государь, через войска Выговского и татарские несколько десятков человек пробился». Все ратные люди по письму Ивана Безпалого «смертно побиты». Захвачены в плен кн. С. П. Львов и кн. С. Р. Пожарский.
«По росписям боярина и воеводы князя Алексея Никитича Трубецкого с товарищи на государеве службе всяких чинов людей на боях и на приступех, и в посылках побиты и в полон пойманы (в 1659 г. 28 июня)
Полку бояринаи воеводы князя Алексея Никитича Трубецкого
окольничих — 2 человека (С. П. Львов и С. Р. Пожарский)
стольников — 1 человек
стряпчих — 3 человека
дворян московских — 76 человек
жильцов — 161 человек
перевотчиков — 1 человек
городовых и дворян и детей боярских 26 городов — 887 человек
рыльских казаков - 25 человек
Начальных людей:
рейтарского строю — 51 человек
драгунского строю — 7 человек /66/
рейтар — 1302 человека
драгунов — 397 человек
солдат — 6 человек
стрельцов — 1 человек
(Всего — 2830 человек)
Того ж боярского полку на отводе побито и без вести пропало:
городовых дворян 6 городов — 10 человек
солдат — 10 человек
рыльской казак — 1 человек
драгунов — 16 человек
стрельцов — 6 человек»29
 (Всего 43 человека)
Всего в полку А. Н. Трубецкого потери определяются в 2873 человека.
Видно, насколько преувеличены цифры, сообщаемые «очевидцами » и по показаниям современников, основанных на слухах. Особенно скромны цифры потерь при отступлении «обозом».
I. Полку стольника и воеводы князя Федора Куракина:
Каширян (рязанцов) — 187 человек
На отводе:
рязанцов — 2 человека
стрельцов — 36 человек
(Всего — 225 человек)
II. Полку окольничего и воеводы Андрея Васильевича Бутурлина:
городовых дворян и детей боярских 18 городов — 241 человек
одоевских казаков — 12 человек
новокрещенов розных городов — 37 человек
борович, караченцов — 3 человека»30
(Всего — 293 человека)
III. Полку окольничего и воеводы князя Григория Григорьевича Ромодановского:
дворян московских — 3 человека
городовых дворян и детей боярских 14 городов - 297 человек
новокрещенов — 10 человек
донских и яицких казаков — 22 человека
начальных людей — 10 человек
рейтар, копейщиков и драгунов — 462 человека
На отводе:
солдат — 25 человек»31
(Всего — 829 человек)
IV. Полку окольничего и воеводы князя Семена Романовича Пожарского:
жильцов — 3 человека
тулян, рязанцов, коломнич — 241 человек
кадомских мурз и татар — 18 человек
стрельцов — 2 человека»32
(Всего — 264 человека)
V. Полку окольничего и воеводы князя Семена Петровича Львова:
тулян, рязанцов, коломнич — 165 человек
шацких, касимовских мурз и татар — 51 человек /67/
драгунского строю начальных людей — 2 человека
драгунов — 58 человек
стрельцов — 3 человека»33
(Всего — 285 человек)
«Всего на конотопском на большом бою и на отводе: полку боярина и воеводы князя Алексея Никитича Трубецкого с товарыщи московского чину, городовых дворян и детей боярских, и новокрещенов мурз и татар, и казаков, и рейтарского строю начальных людей и рейтар, драгунов, солдатов и стрельцов побито и в полон поймано 4761 человек»34. По нашему подсчету — 4769. В том числе «на отводе», когда войска отступали «отводом» (обозом), они понести потери немногим больше 100 человек, если верить показаниям приведенной росписи.
От Конотопа, освободив из осады Гуляницкого, Иван Выговский и хан повернули на юг и «обманом» захватили города Ромны, Константинов, Глинский, Лохвицу; всех людей, захваченных при этом, погнали за Днепр, «а городы, и села, и деревни огнем без остатку выжег». Отсюда Выговский пошел на р. Псел и г. Гадяч «всеми силами з гранатами, с пушками, жестоко три недели безпрестанно города добывал», соблазнял жителей «прелестными листами». Но взять город [Гадяч ] Выговский не смог. Войска Выговского понесли на подступах потери в несколько тысяч. А полковник Павел Ефремов (по Костомарову — Охрименко) с войском запорожским в городе отсиделись. А в городе с тем полковником было 2000 казаков и государевых ратных людей 900 человек. Город был «вельми крепок», только нуждается в присылке пушек. Такие сведения сообщил в Москву Иван Безпалый35. Примерно через месяц после битвы под Конотопом, т. е. в начале августа 1659 г., хан вторгся в пределы московской Украины. Надо думать, что часть войск он возвратил в Крым. В этот промежуток в тылу бывшего в походе татарского войска произошли некоторые неприятности. Было известно, что, находясь под Конотопом, А. Н. Трубецкой посылал от себя в Запорожье к Серко, чтобы он над крымскими татарами чинил промысл. А после, когда он пришел к Путивлю, А. Н. Трубецкой о том же посылал к донским казакам. Была ли установлена связь с действиями А. Н. Трубецкого, нет документальных данных, но известно, что Серко собрался с запорожцами и ходил воевать около Белгорода и повоевал многие улусы, взял двух мурз со всеми людьми и животы, литовский полон отпустил на волю, а крымский ясырь побил. Серко пытался расширить свои действия против Выговского36. Был слух, что черкасы ходили войной на ногайские улусы Большого ногая — улусы Урмаметевых и их повоевали. /68/
Организацию этого нападения на ногайские улусы слух приписывал Юрасу Хмельницкому. Будто бы Ю. Хмельницкий писал хану: «Ты де воюешь чужую землю, а он де повоевал ногайские улусы». Хан потребовал возвращения взятого ногайского полона; Хмельницкий отказал и угрожал, что, если хан пойдет на государевы города, он, Хмельницкий, повторит нападение на ногайские улусы. «И в том де у хана с Выговским был большой шум»37. «И в то де время крымский хан на Выговского сердитовал гораздо, а говорил: ты де меня призвал к себе на помочь, а без него черкасы нагайские улусы разоряют, и он, Выговский, довелся было за то сам срублен быть»38. Конечно, это были лишь хвастливые слова. В самом деле хан дорожил представившейся возможностью воевать. «А которые де крымские воинские люди имали в полон черкас, и тех татар хан за то казнил — обрезывал носы и губы для того, чтоб меж им, ханом, и Выговским ссор никаких не было, а быть везде заодин»39.
Общей численности войска татар документы не указывают. Шел хан «большим собраньем». Войско, какое с ним было под Конотопом, современникам казалось огромным: «а было самое большое войско, как где на станех станут, и их де было и днем не мочно объехать»40. Едва ли все это войско хан взял с собой в поход, потому что под Конотопом оно оказалось излишним. Вместе с татарским войском Выговский послал черкас с 4000 человек под командой белгородского полковника Ивана Кравченко. В походе к городам татары не приступали, а уезды пожгли и захватили большой полон. Князь С. П. Львов умер в татарском обозе, пройдя Карпов; тело его татары покинули в камышах41. К хану приходил посол от польского короля с поминками и был отпущен, не дойдя до Сумм42
Набег охватил огромную территорию. Хан вышел за вал 15—16 августа меж городов Верхсосенска и Усерда и стоял 2 дня за валом, дожидаясь воинских людей. С реки Тихой сосны перешел на реку Валуй и верховья реки Полатовки. Стоял здесь еще 2 дня. Шел с большим полоном43. Далее перешел реку Калитву. Сохранилось два ряда цифр, отражающих потери, нанесенные походом Магмет Гирея. В столбце Белгородского стола дан перечень 18 городов с уездами с подведением итогов потерь. Другая таблица с указанием потерь 15 городов с уездами, но с отдельными показаниями еще по 3 городам с уездами. В целом итоги существенно не расходятся. /69/
Потери в августе 1659 г. в приход хана44
Города
Убито
Взято в плен
Сожжено дворов и гумен
1. Ефремов
46
2650
321
2. Елец
146
5641
3914
3. Ливны
37
8069
1753
4. Чернавск
12
1157
311
5. Телецкий
12
21
250
6. Ст. Оскол
21
760
-
7. Новосиль
25
3318
542
8. Мценск
17
489
-
9. Чернь
5
132
-
10. Курск
4
566
34 деревни
11. Обоянь
2
61
4
12. Карпов
7
28
— [4 деревни]
13. Болхово
-
4
22 деревни
14. Хотмышской
-
1
церкви «осквернены» и 2 деревни сожжены
15. Вольной
31
78

16. Воронеж
20
2040
540
17. Усмань
4
207
47 дворов
18. Сокольск
2
226
73 двора
18 городов с 379 уездами
25 402 чел. (25 448)
[4674 двора и гумен с хлебом]
Общий итог — убитых 379 человек и около 25 500 взятых в полон — приблизительно соответствует цифрам итогов, указанным в документах. По таблице Разрядного приказа итог сожженных дворов весьма приблизителен — около 5000 дворов (4674).
В воеводской отписке из Епифани, кроме того, сообщено, что татары приходили в вотчину боярина Семена Васильевича Прозоровского, крестьян многих порубили и взяли в полон: «идут де те таторовя большим собраньем, а сел,а и деревни все разоряют, жгут безостаточно. А к Михайлову их приход чаеть августа в 5 день на утренней заре. А от Михайлова де их приходу чаеть под многая резанския городы и под уезды»45. Очевидно, списки, составлявшиеся в Разряде, не полностью охватывают все опустошение, причиненное ханом. Есть сведения о Лебедянском и Яблоновском уездах, где крестьяне были освобождены от взимания недоборных денег вследствие их разорения в 1659 г. татарами46.
Проследив по карте, легко заметить, что больше пострадали города (точнее, уезды), расположенные /70/ вне черты. Уезды лучше защищенные пострадали меньше.
1660
В 1660 г. самым крупным событием было поражение русского войска под Чудновом. Упомянем о нем лишь кратко. 9 сентября воевода боярин Василий Борисович Шереметев сообщил, что с ним было государевых ратных людей конных и пеших в походе 15 031 человек, полкового наряда — 33 пушки. С наказным гетманом Цецурою были полки конные и пешие: 20 000 человек, наряда — 7 пушек. И в октябре в черкасских городах меж местечек Чудново и Пяток боярина Василия Борисовича Шереметева с товарищами и его полка ратных людей всех и наряд и обоз крымские и ногайские татары и с ними польские и литовские люди «взяли за присягою, а иных побили»47.
Совершенно очевидно, что отвлеченные ожиданием крупных боев на правобережной Украине, куда были направлены крупные русские силы, татары очень ограничили свои действия на южных границах Русского государства. Действия их были мелкими вторжениями. В мае под Валками, в июне под Вельским острожком, в августе под Демшинском татары появлялись, а в сентябре на Торских озерах близ Царева-Борисова было захвачено 16 человек в полон, под Демшинском переранили и убили 30 человек и больше.
Побывали они в украинских городах (Переяславль, Колонтаев), но потери не указаны48.
1661
В 1661 г. состояние на западной стороне левобережной Украины с самого начала года резко изменилось по сравнению с предшествующим. Татары совершили множество вторжений в пределах Русского государства преимущественно в левобережные города и уезды Украины. В апреле 1661 г. князь Григорий Григорьевич Ромодановский сообщал в Москву разведанные им вести, что под Черным лесом недалеко от Чигирина кочует масса татар, а Карачбей с белгородской ордой пришел в Чигирин и хочет вместе с гетманом переправляться на левую сторону Днепра49. Кочевавшие под Чигирином под Черным лесом татары состояли из улусов Урмаметевых (Болших ногаев) и Ураковых улусов (Казыевских татар). Помимо татар, которые собирались переправляться на левую сторону Днепра, здесь уже скопилось еще раньше значительное их количество из других улусов. Нападения татар начались еще с января месяца. В январе татары и черкасы совместно нападали на Ахтырку; бои происходили под самым городом50. 12, 18 и 19 января под Ахтыркой татары и черкасы в уезде повоевали села и деревни и черкас же побили 19 человек и хлеб пожгли. 2 февраля в Путивльском уезде побили 107 человек и взяли в полон 34 человека. В то же число в с. Поповке Конотопского уезда татары многих людей побили, в полон взяли, а село выжгли. 2 марта татары и черкасы разорили в Вольновском уезде 3 /71/ деревни51. Осенью 1660 г. татары «большим собраньем» переправились через Днепр. Во главе татарской орды было 2 царевича и с ним 30 000 человек. От короля ждали Чарнецкого с поляками и немцами в числе 15 000 человек. Ю. Хмельницкий ждал к себе Карач бея Ширинского. Позднее языки называли численность татарской орды во главе с самим ханом в 80 000 человек, янычар - 2000 человек, Ю. Хмельницкий с 2000 черкас и с 1000 поляков.
Хан с войском стоял на реке Семи на правой стороне меж Конотопом и Путивлем. В начале октября воевода князь Василий Волконский доносил, что «хан с изменники черкасы пришли под Переяславль и стали таборами и в черкасских городех всякое разоренье чинят»52. В ноябре крымцы и с ними литовские люди воевали Кромский уезд, села и деревни выжгли, в селах и деревнях и на посаде многих людей побили и в полон захватили. В ноябре же хан и черкасские люди всякое разоренье чинили в черкасских городах.
В ноябре же крымские и ногайские татары приходили вторично к Недригайлову, людей многих побили, в полон забрали, скот отогнали, «а стоят в Недригайловских местех блиско города»53. В начале декабря много татар перешло на прежнюю сторону р. Семи и «многое кроворазлитие православным христианом чинили». Да они же были под Карповом и многих людей побили и в полон поймали54. В декабре они проникли в Елецкий уезд. Был слух, что г. Ефремов был взят ими.
1662
Татарская война продолжалась и в течение 1662 г. Источники Разряда отмечают главным образом столкновения, происходившие на территории, ведавшейся им. Территория, охваченная татарскими погромами на Украине в малороссийских городах, указана суммарно, потому что она ведома в Приказе Малой России, а не в Разряде.
Что касается территории, ведомой в Разряде, то, по-видимому, основные действия татар в 1662 г. произошли в январе месяце. Наиболее обстоятельные сведения сообщил князь Григорий Куракин, защищавший Севский укрепленный район. В бою, происшедшем в начале января в селе Прудках (в 25 верстах от Севска), татары были разбиты наголову, много татар было побито, в полон захвачен князь Ширинский и [с ним] 3 татарина, отбито знамя, освобожден многочисленный русский полон: (10 000 человек детей боярских, рейтар и драгун и их жен и детей, разных уездов, разных чинов. Убитых не было, раненых 19 человек55.
Мурза Ширинский показал, что хан крымский стоял «по сю сторону» Конотопа в местечке Красном, а с ним 4 салтана, татар с ним 80 000 человек, янычар 2000 человек; у Ю. Хмельницкого /72/ черкас с 20 000 человек, поляков с 2000 человек. Татар крымских и ногайских с 20 000 человек; «хан отпустил их в воину и велел воевать с неделю и больши». С самим князем Ширинским было с 3000 татар56. Цифры татарского войска повторяются (см. выше с. 72).
В другой отписке Григорий Куракин сообщает о посылке против татар 2 января в том же Севском уезде в селе Нсдолеске (от Севска в 20 верстах): татары были побиты, полона отбито более 2000 человек. В войну хан пустил трех ногайских мурз, а с ними 10 000 татар. На бою был убит один человек (рязанец). Голова, да рейтар 3 человека, да ранено служилых людей разных чинов 44 человека. «Язык» показал, что татары были из Большого ногая Уракаева улуса Арслана мурзы люди57. По-видимому, сведения не совсем точны: названные татары были не Большие ногая, а казыевские .(Малые ногая), об Арслан мурзе было нами уже сказано выше. Арсланбек мурза уже присягал русскому правительству. Сам хан пошел в войну по повелению султана.
Возможно, что дело идет о двух разных боях под Севском. Одним руководил Григорий Бутурлин, а вторым — Иван Бабичев. В одной из отписок взятый в полон татарин показал, что они были посланы ханом под Севск для разведки: «посмотреть, что в городе (Севске) силы»58.
Большие потери понесло население Рыльского уезда. В январе в уезде и к посаду крымские и ногайские люди «большие люди» приступали, но были отбиты; это произошло 6 января. 7 января вновь приступали, но вновь были отражены. В бою против татар принимало участие небольшое число ратных людей59. Было взято в полон 890 человек и убито 9 человек. Значительное число было отбито — более 400 человек, бежало из полона 5 человек.
Жестоко пострадал, судя по показаниям Разряда, Путивльский уезд. Здесь было взято в полон 2240 человек, да в трех деревнях дворы все были сожжены, люди все взяты в полон, «а сколько, про то допросить некого, не осталось никого»60.
Под Курском татарская война длилась с 8 по 14 января: деревни жгут, разоряют, берут в полон. От самого города татары были отбиты. В Курском уезде, по показаниям пленных, в войне участвовало 4500 человек61.
Татары появились в Карачевском, Орловском, Новосильском и др. уездах. В малороссийских городах татары воевали в Лубнах, Лохвице, Гадяче, Глинске, Переяславском. 12 июня из Персяславля люди выехали для конских кормов «и на них де нашод татаровя и ляхи и черкасы; стада отогнали и многих людей побили и в полон поймали»62. /73/
1663 г.
В июне 1663 г. Г. Г. Ромодановский составил расспросные речи выходца из полона (взятого под Чудновом) курчанина-рейтара. Он ушел из Крыма спустя 4 недели после «Великого дня». Там он слышал, что калмыки громили ногаев, многих побили и в полон поймали, а громили до самого Крыма. На Конских водах у калмыков стада были отбиты, но полон калмыки весь с собой увели. Крымцы отказали султану в помощи против кизилбаш [персов ] и венгров, потому что калмыки «воюют Крым и приходят на улусы запорожские казаки»63.
Из Полтавы получено сообщение Г. Г. Ромодановского, что в начале июня 1663 г. приходили татары, но были отбиты, взяли «живьем». Посылавшиеся к Маяку татары показали о погроме калмыками, о посылке на помощь королю «на конфедератов» одного салтана, с белгородскими татарами одного (и с очаковскими), одного на венгров, 4 мурз (с 4000 татарами) за Днепр, а 3 мурз послал для обереганья Азова от калмыков и от донских казаков.
15 числа Иван Брюховецкий писал Г. Г. Ромодановскому, что заднепровские казаки начали «ляхов побивать», и просил идти к Кременчугу, чтоб учинить промысл за Днепром64.
Показания пленного татарина, что хан послал за Днепр 3 мурз Чиживутских и мурзу Аргинского, а с ними татар крымских и ногайских с 3000 человек. У них были взяты в плен мурза Аргинский и он, татарин. Другой татарин был взят калмыками при нападении калмыков меж Перекопа и Чунгаре1. По требованию султана для преследования хан послал сына своего Агмет [Гирея], а с ним 15.000 татар, под Азов на помощь против калмыков — мурз Ширинских, а с ними послал Большого ногая 3000 татар65.
Сообщение об отражении обоянскими служилыми людьми воинских людей, нападавших на Обоянский уезд, от января 1662 г.66
Досмотр повоеванных мест в Курском уезде в Обметцком стане в Богородицкой [монастырской] вотчине: церквей [разорили], крестьянские и служние дворы, гумна с хлебом выжгли, сожгли двор [попа ], двор дьякона [и другие ], взято в полон около 22—25 человек67.
В 1663 г. военные действия развернулись главным образом в начале левобережной Украины, как об этом можно судить по «Записке Разрядного приказа». В марте месяце крымские татары и черкасы воевали под Голтвою и Кременчугом. К Голтве приступали дважды. Действия продолжались в течение всего года. Нападающие определяются значительным числом. Воевали под Гадячем, Лубнами, Ичней; Лохвицей, Глинском. Некоторые деревни «совсем взяли». Но в Разряде количество потерь не было точно /74/ известно, потому что «малороссийские городы ведают в Приказе Малые России»68. Однако вторжения распространились и на территории российских украинных городов. 16 апреля татары воевали села и деревни Путивльского уезда. В апреле же приходили в Карачевский уезд и захватили в полон 888 человек. В общей форме сообщали, что в Недригайловском уезде и на посаде и около города многих русских и черкасских людей побили. Были под Путивлем и Рыльском69.
В начале июня Г. Г; Ромодановским из Полтавы было получено сообщение, что борьба на Украине носила более запутанный характер. Калмыки напали на ногайские улусы, их погромили и многих захватили, а громили до самого Крыма. На Конских водах у калмыков отбили стада, но полон ногаи удержали. Салтан крымский с татарами был послан за Днепр. Часть татар (2 доли) хан оставил с собой, потому что приходят калмыки и запорожские черкасы. Татары приходили под Полтаву, но были побиты и взяты «живьем». Захваченный под Маяком татарин рассказывал о погроме ногаев калмыками, о посылке на помощь королю «на конфедератов», а другого салтана с белгородскими и очаковскими татарами — на венгров, 4 мурз за Днепр (с ними 4000 татар), а 3 для обереганья Азова от калмыков и на донских казаков70.
В июне же Иван Брюховецкий писал о готовящихся выборах «совершенного гетмана»71. Пленный татарин показал, что хан послал за Днепр по требованию султана 3 мурз Чиживутских и мурзу Аргинского, а с ними крымских и ногайских татар с 3000 человек. У них был взят в полон мурза Адил Аргинский. Другой пленный татарин, взятый калмыками меж Перекопа и Чонгараж, сказал, что по требованию султана были посланы на помощь (против [персов ] и венгров) сын хана Агмет Гирей и с ним с 15 000 татар. Под Азов на помощь был послан каймакам мурза Ширинский, а с ним послан был ногаев и татар с 37 000 чел72
Небольшой татарский отряд вторгался в Обоянский уезд и в Курский (в Обметцкий стан в Богородицкую вотчину)— забрали полону человек свыше 20, сожгли дворы, церковь и хлеб на гумне73.
Переход через Днепр короля Казимира состоялся зимой (в ноябре-декабре 1663 г.). С ним было, по сообщениям воевод, польских войск конных с 10 000 человек и пехоты с 50 000 человек. Число татар не указано. Впрочем, татары уже присутствовали на месте действия. С королем [через Днепр] переправился гетман Станислав Потоцкий и воевода русский Чарнецкий. Переправившись, король распустил «загонных людей многих». На помощь к /75/ Павлу Тетере пришли татары, немецкой пехоты у него было 500 человек. Приступали к Лохвице, Лубнам и Ромнам, многие города сдались. Г. Г. Ромодановский пошел на помощь Ивану Брюховецкому74.
1664 г.
Прорыв польского короля со значительным войском на левую сторону Днепра, как известно, оказался несостоятельным. Описание военных действий польских войск не входит в план нашей работы. Остановимся кратко на некоторых событиях этого вторжения. Уже в первых числах января силы Чарнецкого и короля были отражены от Батурина. Отошли к [«черкаскому» ] городу Коропу. Татар с королем было всего 8000 человек75. Осердясь за невыплату денег, крымцы ушли от короля. Придя к Новгороду Северскому, король прислал лист с предложением сдачи 17 февраля, а 27 февраля он уже ушел на Стародуб. Чарнецкий ушел к Соснице, а далее хотел идти к Белой Церкви. Отмечается бой на Десне в 5 верстах от города; поляки понесли поражение, многие потонули в реке, были потоплены в реке пушки. Г. Г. Ромодановский 22 февраля сообщал о беспрестанных успешных боях с поляками и о нецелесообразности и даже невозможности преследования: идти на Десну «никоими мерами не уметь», «переправа злая, а место это лесное и снега великие». Ободряющим обстоятельством для Ромодановского было известие о движении 6000 калмыков и о переправе уже их через Дон у Пяти изб. Запорожцы и калмыки замышляли поход на ногайские улусы за Буг.
Польские и литовские войска появлялись для погрома русской территории, побивали и полонили людей под Новгородом Северским, Карачевым, Рыльским. Но глубже за границы Русского государства они не ходили. Татары же по своему обыкновению захватили более широкую территорию — Ливенский уезд, Брянский, под Валуйкой и около Воронежа. Поход короля в военном смысле был неудачен, но погром, нанесенный польскими, литовскими и татарскими воинскими людьми, был весьма значителен. Погром принес Русскому государству не только людские потери, но выразился в грабеже хлеба и отгоне конских и животинных стад. Общие итоги гораздо показательнее описания частностей похода [польского] короля в пределы Русского государства: в 7 уездах (Севском, Рыльском, Путивльском, Карачевском, Орловском, Кромском и Курском) было взято в полон около 6360 человек, убитых было немного, сожжено более 5100 дворов, около 4300 гумн, 58 церквей, захвачено и уничтожено около 150 000 четвертей молоченого хлеба, более 15 000 копен хлеба немолоченого и хлеба в ямах, отогнано более 9600 лошадей, коров и всякой другой (мелкой) животины более 108 000, «выдрано» около /76/ 4000 ульев. Эти цифры явно неполны, как можно судить по перечню уездов, охваченных погромом. Одновременно татары по частной инициативе заглядывали и в другие уезды. В июле 1664 г. за 2 часа до вечера приходили татары под Торские озера и «били на табор, которых работники по дрова и по траву ездили царево-борнсовские черкасы». Захваченные в полон в расспросе показали, что ходили из-под Азова 95 человек и государевых ратных и работных людей никого не взяли. Царево-борисовские черкасы и донские казаки настигли татар в степи, их побили и захватили в полон: татар 7 человек и 7 человек горских черкас76.
В войне намечался перелом, что сейчас же почувствовали в Крыму. 30 мая в статейном списке Якушкина и Михайлова записано под 30 мая 1664 г. о приезде от короля посланника с государевой грамотой о заключении мира (перемирия), потому что христианская вера едина. Однако «для исправления дружбы своей», не обослався с Магмет Гиреем, мира заключать король не хочет77. Московский посланник Кирил Пущин застал [польского] короля под Севском в селе Ушине и привез государеву грамоту с предложением нового съезда уполномоченных. Канцлер [Христофор Поль] ответил согласием и назначением уполномоченных78.
Набег под Торозера
1664 г. Отправлено из Царева-Борисова и с Торозер ельчанина Степана Перцова о приходе в 172 г. 2 июля «за два часа до вечера» на Торские озера и «били на табор, которые работники по дрова и по траву ездили. Царево-борисовские черкасы показали при расспросе, что приходили из-под Азова 95 человек и государевых ратных людей и работных людей, которые на государя соль варят, никого в полон не взяли, а захватили черкас разных городов. Царево-борисовские черкасы и донские казаки настигли татар в степи, их побили, захватили в полон 7 татар и 7 горских черкас. Последние показали о войне турок с кизылбашами79
Сведения о состоянии сношений с Крымом в 1664 г.
Человек князя Ширинского Айвас сообщил о посылке кн. Имит Ширинского с 2000 ратных людей под Белгород для перевода ногаев (по требованию султана) на крымскую сторону Днепра. Сведения о восстании башкир против русского правительства и сношениях их с крымским ханом (представители башкир 3 человека) астраханских юртовских [татар] 7 человек с просьбой о разрешении им кочевать в крымской степи. Причина тому, что государь московский потребовал от башкир посылки 80 700 человек башкир /77/  на войну против польского короля. Башкирцы откочевали от государя и по камской черте государевым городам учинили разоренье. Ныне кочуют на Самарском устье по реке Яику. Призывали Магмет Гирея в июле месяце с ратными людьми идти под Астрахань, а они, башкиры, пойдут навстречу и будут переходить Волгу80.
Посланцы сообщили, что калмыки сообщили о нападении на них башкир и будто бы башкиры их разбили и после этого боя башкиры ходили войной «в украинные низовые городы за Белою реку и многое разоренье украинным городом учинили»81. Калмыки кочуют под Царицыном, а башкиры в 20 днях от них «в крепких местех», и калмыкам на них напасть невозможно82. У хана была «большая дума» о принятии башкир в подданство. Предполагалась посылка Субхан Газы аги для приема башкир. Под 1 ноября записано, что башкиры вновь приняли подданство русскому государю и в Крым «прихода» их «не будет»83. Под 30 мая записаны сведения о присылке к хану от польского короля посла с грамотой [русского царя к королю] с предложением о заключении мира, потому что «вера христианская едина». Но король «не обослався» с ханом, мира заключать [с московским «великим государем»] не хочет84. Под 16 мая в статейном списке со слов Маметши аги записано, что в ответ на просьбу польского короля о помощи хан «для подлинного ведома» послал в Польшу Дедеш агу, а к турецкому султану Айвас кегью с вестью. Пока от того и другого не получит ответа, в поход не двинется85.
16.VI. Сведения о поражении белгородских татар [в бою с] казаками на Буге и о взятии Иваном Серко и Брюховецким Чигирина и Корсуни86.
28.VI. От пристава Сефералея, что Латиф чилибей с Мавлютою агой прибежал в Крым с небольшими людьми после погрома за Днепром в черкасских городах государевыми ратными людьми с запорожскими черкасами и калмыками. На том бою много [крымских татар] было убито и в полон взято. Иван Серко препятствует на Днепре присылке из Крыма помощи Селемет Гирею, князю Имит Ширинскому и королю польскому87.
24 августа. Стало известно, что Брюховецкий выпустил в государевы украинные города за Днепр всех мещан из Канева с семьями и животами, но все они были перехвачены Селемет Гиреем и князем Имит Ширинским. Брюховецкий в ответ совершил нападение на коши Селемет Гирея и князя Ширинского и учинил большой погром. На помощь хан посылает Маметшу агу Чиживутского с 5000 татар88. [Далее сведения ] о поражении турок и татар в Венгрии и отступлении их к Белгороду. В конце года Агмет Гирей, /78/ бывший в походе в Венгрии с 3000 крымцсв, вернулся с небольшим числом людей. Остальные погибли89.
9.IX. Татарин из деревни Яшлова сообщил через толмача Никона Понарьина о нападении донских казаков с калмыками под Азовом и отгоне ими стад; о поражении азовского паши, преследовавшего казаков и калмыков. Сам паша убит. Азовцы просят помощи [крымского хана ]90.
10.XII. [Запись о] требовании турецкого султана [к крымскому хану] вывести наконец ногаев Урмаметевых и Ураковых за Днепр на крымскую сторону, потому что ногаи волохам и мунтянам причиняют большие разорения, крадут детей, конские и животинные стада91.
События 1664 г. подготовляли смену хана в Крыму. В начале 1665 г. возражения султана против Магмет Гирея совершенно отчетливо выявились и разразились сменой Магмет Гирея новым ханом Адил Гиреем.

Примечания:

1. РГАДА (далее без указания названия архива) Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1657 г. Стб. 14. Л. 156—157
2. Там же. Л. 160—161.
3. ф . 229. Малороссийский приказ. Оп. 1. Стб. 41 (5857). Л. 223—232.
4. Костомаров Н. И. Собр. соч. СПб., 1903, Кн. 1. С. 345—346.
5. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1658 г. Стб. 14. Л. 5.
6. Там _же. Л. 2.
7. Там же. Л. 1.
8. Там же. Л. 3.
9. Там же. Л. 2.
10. Там же. Л. 2—3.
11. Там же. Л. 3.
12. Там же. Л. 4.
13. Там же.
14. Там же. Л. 4—5.
15. Там же. Л. 5.
16. Там же. Л. 6.
17. Там же. Л. 7.
18. Костомаров II. И. Собр. соч. Кн. 1.-С. 355—357, 369, 372, 379 и ел.
19. Там же, С. 381—387.
20. ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 г. Стб. 3. Л. 10.
21. Там же. 1659 г. Стб. 7. Л. 9—10.
22. Там же. Л. 11 — 15.
23. Костомаров И. И. Собр. соч. Кн. 1. С. 384.
24. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 г. Стб. 7. Л. 13.
25. Костомаров Н. И. Собр. соч. Кн. 1. С. 384—385.
26. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1661 г. Стб. 2 Л. 1.
27. ф . 229. Малороссийский приказ. Оп. 1. Стб. 28 (5839). Л. 232, 238.
28. Там же. Л. 233—237, 142-143.
29. ф . 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1658 г. Стб. 14. Л.8—11.
30. Там же. Л. 11 — 12.
31. Там же. Л. 13.
32. Там же. Л. 14.
33. Там же. Л. 15.
34. Там же
35. ф. 229. Малороссийский приказ. Он. 1. Стб. 28 (5839). Л. 141-147.
36. Там же. Л. 133.
37. ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп.1. 1659 г. Стб. 7. Л. 14—15.
38. ф. 229. Малороссийский приказ. Оп. 1. Стб. 28 (5839). Л. 140.
39. ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 г. Стб. 7. Л. 24.
40. Ф. 229. Малороссийский приказ. Оп. I. Стб. 28 (5839). Л. 138.
41. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 г. Стб. 7. Л. 15—16. Была попытка разыскать тело С. П. Львова и С. Р. Пожарского (Там же. Л. 25—28).
42. Там же. Л. 16.
43. ф. 210. Разрядный приказ. Столбцы Белгородского стола. № 482. Л. 831. [В фонде Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1658 г. Стб. 14. Л. 17—24.1
44. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Белгородского стола. № 872. Л. 90—94.
45. Там же. № 370. Л. 114.
46. Там же. № 463. Л. 400.
47. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1658 г. Стб. 14. Л. 30—31.
48. Там же. Л. 28—29, 32.
49. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Белгородского стола. № 440. Л. 232—234.
50. Там же. Л. 155—157, 211—212.
51. ф 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 г. Стб. 14. Л . 3 3 - 3 4 .
52. Там же. 1658 г. Стб. 14. Л. 36.
53. Там же.
54. Там же.
55. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Белгородского стола. № 538. Л. 2 3 7 - 2 4 1 .
56. Там же. Л. 42.
57. Там же. Л. 247—249.
58. Там же. Л. 289.
59. Там же. Л. 295.
60. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. I. 1658 г. Стб. 14. Л. 38.
61. Там же. Л. 257—258.
62. Там же. Л. 39.
63. Ф . 210. Разрядный приказ, столбцы Приказного стола. Стб. 230. Л. 106—107.
64. Там же. Л. 107—109.
65. Там же. Л. 117, 119, 121.
66. Там же. № 231. Л. 35—36.
67. Там же. Л. 77—79.
68. ф . 123. Сношения России с Крымом. Оп. I. 1658 г. Стб. 14. Л . 4 1 . 43 — 46. 69.
69. Там же. Л. 41—44, 46—47.
70. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Приказного стола. Стб. 230. Л. 106—108.
71. Там же. Л. 109.
72. Там же. Л. 117, 119. 121.
73. Там же. Стб. 231. Л. 35—36, 77—79.
74. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Белгородского стола. Стб. 523, Л. 12—I1?; Стб. 527. Л. 11 —12, 211—212, 264.
75. Там же. Стб. 527. Л. 80—87; Стб. 559. Л. 197—199.
76. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Приказного стола. № 218. Л. 55—57.
77. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1663 г. Стб. 2. Л.68.
78. Соловьев С. М. История России с древнейших времен. СПб., 1851 — 1858. Кн. III.
79. Ф. 210. Разрядный приказ, столбцы Приказного стола, № 218. Л. 55—57.
80. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1663 г. Стб. 2. Л.59—60.
81. Там же. Л. 72.
82. Там же. Л. 73.
83. Там же. Л. 82—83, 85—86.
84. Там же. Л. 68.
85. Там же. Л. 67.
86. Там же. Л. 69.
87. Там же. Л. 69—70.
88.Тамже..Л.80—81.
89. Там же. Л. 86.
90. Там же. Л. 84.
91. Там же. Л. 86.

Комментариев нет:

Отправить комментарий