К вопросу о петровских драгунах. Ч. 2, разбор Золотой палаты, зима 1700-1701 гг.

Продолжу о петровских драгунах. В предыдущей части я упоминал о командных кадрах новых драгунских полков (ссылка), теперь надо сказать несколько слов о личном составе.

Итак, вернемся к т.н. «разбору Золотой Палаты» 1700-1701 гг. (роспись по городам см тут: ссылка). Точная дата соответствующего указа до сих пор не найдена.  Мы предполагаем, что, с учетом необходимых подготовительных мероприятий, он был задуман в начале осени 1700 г., а реализация началась в ноябре-декабре того же года. Целью разбора было провести смотр дворян и детей боярских, а также их недорослей, записанных в копейщики и рейтары, и выбрать из них годных к полевой службе. Правила и критерии отбора, повторюсь, неизвестны. Проведение смотра было поручено боярину Борису Алексеевичу Голицыну, который был Казанским и Астраханским наместником, а также главой приказа Золотой Палаты. Видимо именно поэтому и ответственным ведомством был определен приказ Золотой Палаты (т.е. первична была личность ответственного исполнителя). Кстати, надо отметить, что ведать новые драгунские полки приказу Золотой Палаты поручили только 22/09/1701, до этого Золотая Палата отвечала только за разбор, а вот службой и всем остальным новые драгуны должны были ведаться в Приказе военных дел (туда Золотая палата отправляла все отчеты о наборе).

Днепровский поход 1700 г. И.М. Кольцова-Мосальского и И.С. Мазепы

В 1694-1700 гг. каждый год вниз по Днепру в т.н. «Днепровские походы» отправлялись русские служилые люди Севского и Белгородского разрядов, а также малороссийские и слободские казаки (см. например, поход 1698 г., ссылка). Последние никакого отношения к малороссийским и запорожским казакам не имели, и были подведомственны Разрядному приказу. Не стал исключением и 1700 г. Весной мирного договора с турками еще не было, поэтому для укрепления Тавани и на случай прихода «турских и крымских людей» были отряжены полки стольника князя Ивана Михайловича Кольцова-Мосальского и малороссийского гетмана Ивана Степановича Мазепы.

В полк Кольцова-Мосальского вошли следующие служилые люди:

- 512 московских чинов и сотенной службы Севского разряда; плюс в степь на разведку было выслано 216 севских «вестовщиков служилых конных людей» из числа сотенных

- 2 924 черкас 3 слободских полков: Ахтырского, Сумского и Острогожского

- Козловский жилой солдатский полк полковника Дениса Риддера, 987 чел (Белгородский разряд)

Unknown episode of Narva battle on 20/30 November 1700

Russian Lieutenant-colonel Abram Korret wrote in 1720 a brief report about his service in Russian army (1685-1720). He was a Major of Alexander Gordon Foot at Narva in 1700. His description of Narva battle on 30 Nov. 1700 is very interesting.  According to Korret, Peter Dewson Foot & Alexander Gordon Foot took positions to the south from Hermansberg. Swedes broke Russian line on the Dewson positions, took a small redoubt & then attacked Gordon’s positions. Korret with 20 soldiers fought his way back into the redoubt & recaptured cannons there. Then they opened fire into the Swedish flank & made then to retreat back to the Dewson’s positions. Swedish sources confirmed the Russian counter-attack there, but they wrote that it was done by Lefortovski (Lim) Foot (See: Karl XII pa Slagfaltet. S. 347). Interesting moment: Korret wrote that General Adam Weide Quarter was taken at the first Swedish attack, so, evidently it was somewhere near Dewson Foot (not at Narwa river, as usually shown)

See Russian Battle Order according to Swedish sources (link)

Неизвестный эпизод нарвского сражения 19/30 ноября 1700 г.

Второй день с большим интересом читаю двухтомник офицерских сказок, опубликованный К. Татарниковым. Большинство сказок довольно скупы, но в некоторых можно найти довольно красочные описания отдельных событий. Одна из таких содержательных сказок принадлежит подполковнику Азовского пехотного полка (в 1720) Аврааму Корнильеву сыну Коррету. Его отец Корнелий Коррет выехал на русскую службу в 1650х, и к 1700 дослужился до подполковника Киевского жилого солдатского полка. Его сын начал свою службу прапорщиком в этом же полку в 1685, и за многочисленные дела против татар дослужился в 1697 до майора в том же полку. В 1700 вызван в Москву и определен майором в солдатский полк Александра Гордона. Вот, что он пишет про свое участие в Нарвском сражении 30 ноября 1700 г.:

«И будучи под Нарвою, как шведы вошли в нашу линию и прошли ставку господина генерала и кавалера Адама Адамовича Вейде и пришли в полк Александра Ахантова [Александра Гордона оф Ахинтул] и прошли редуты, и послал меня высокородный господин генерал и кавалер Адам Адамович Вейде, чтоб войти в оный редут и повернуть пушки и поставить в линию и неприятеля в конфузию привесть, и взял с собой солдат 20 человек, и пробился сквозь их линию, и вошед в редут, и взяв пушки, и поставил в линию, и стал палить из них неприятелю во фланги, и привел в конфузию неприятеля. И как наступили на него с полками, то вынужден был бежать из линии, и следовали за ним до полку Петра Девсон, который был в дивизии Автонома Головина».

Что хотелось бы сказать в качестве комментария:

My new article about O'Gilvy's reform of the Russian army in 1704-05

My article about the O'Gilvy's service in Russia is published in the 5/2015 volume of a “Magazine of Military History”. The article highlights the activities of Georg Benedict Ogilvy (O’Gilvy) in the improving of Russian army. The importance of his initiatives for Pyotr the Great’s military reforms is revealed, his contribution to the Russian regular army’s creation is shown.

Georg Ogilvy entered Russian service in spring of 1704 in a rank of Field Marshal, & left it in August of 1706. He didn’t win any battle, but proposed & implemented a complex army reform. It included:

-        Implementation of a new Etat (or staff) of the field army & foot regiments

-        Changes in military government (unity of command & rules of subordination; record-keeping)

-        New model of recruitment (regular recruitment from serfdoms)   

Вышел майский (5/2015) номер "Военно-исторического журнала" с моей статьей о реформе Огильви 1704-05 гг.

В майском номере «Военно-исторического журнала» вышла моя статья о Георге Огильви и реформе 1704-05 гг.: Великанов В.С. Инициативы генерал-фельдмаршала Г.Б. Огильви по реформированию русской армии в 1704-05 гг. // Военно-исторический журнал. № 5, 2015. С. 47-52. Почему именно о реформе? Потому, что в этот период был реализован целый ряд преобразований, повлекших существенные изменения в механизме функционирования вооруженных сил и смене ряда основополагающих принципов их организации. Масштаб преобразований и, по сути, существенное изменение устоявшихся процессов и традиций в военной сфере, позволяют использовать именно понятие «реформа», а не «реорганизация» или «модернизация». Ключевыми мероприятиями данной реформы явились установление структуры и численности полевой армии, введение принципов единоначалия и подчиненности, внедрение новых общих полковых штатов, и попытка стандартизировать и унифицировать вооружение и амуницию войск, а также армейское делопроизводство и отчетность. Отдельно следует упомянуть о переходе в комплектовании армии к стандартизованным рекрутским наборам с податного крестьянского населения.

Первоначально я планировал назвать статью «Реформа Огильви». Но затем редакторы из ВИЖ настояли, что, несмотря на то, что все эти мероприятия были предложены Огильви, но, в тоже время, все решения об их реализации и контроль исполнения осуществлялись непосредственно Петром I, и оценить личную вовлеченность Огильви в их реализацию довольно затруднительно. В итоге было утверждено такое компромиссное название, а также немного изменены акценты в самой статье. 

Narva 1700 by Romeyn de Hooghe

Romeyn de Hooghe, Beleg en ontset van Nerva, 27 nov. 1700
(CLICK FOR THE LARGE IMAGE, link)

Explanations:

Гравюра Ромейна де Хуга "Осада и освобождение Нарвы"

Этот иконографический источник врядли можно считать 100% достоверным (чего стоит хотя бы перепутанная дата сражения - 27 ноября), тем не менее он тоже представляет определенный интерес, особенно комментарии к изображениям. К сожалению источники, которыми пользовался автор, неизвестны. Комментарии к гравюре даны по Н. Чечулину:

6-я Международная научно-практическая конференция «Война и оружие. Новые исследования и материалы», 13-15 мая 2015 г., ВИМАИВиВС.

Итак, в Санкт-Петербурге в ВИМАИВиВС (в простонародье – Артмузей) 13-15 мая 2015 г. состоялась уже 6-я конференция «Война и оружие. Новые исследования и материалы». Мой материал был посвящен участию стрелецких полков в боевых действиях в 1700-06 гг., однако сам доклад получился по Нарвскому сражению 30 ноября 1700 г., а также обсуждению различных вопросов, связанных с петровской армией. Все материалы конференции официально выложены на сайте музея (ссылка), но мне хотелось бы отметить несколько докладов (сразу оговорюсь, что выбор субъективен и включает только интересующие меня темы и периоды; материалы перечислены по алфавиту):

- Акишин Михаил Олегович «Право войны в русско­-китайском военном конфликте в Приамурье (XVII век)». В начале статьи автор разбирает тогдашнее китайское понимание концепции войны, включая обоснование необходимости военных действий и правила их ведения, а также отношение к военнопленным и мирному населению. Затем автор анализирует, как это все выполнялось в приграничьи в 1630-80х гг.

- Бабич Ирина Виленовна «Гарнизонный роман: по материалам следственного дела о полковнике Ф.А. Доригни» и Бабич Марина Виленовна «Странное “дело” о полковнике Ф.А. Доригни». Оба материала посвящены судебным делам в отношении полковника Вологодского драгунского полка Филиппа Андреевича д’Ориньи / Доригни (PhilippusD’Origny), который умудрился вступить в конце 1720х в конфликт со своим начальством, подчиненными, местным населением и разойтись с собственной женой. Всего в отношении него было заявлено 12 пунктов обвинения, по которым было проведено следствие. В итоге он был признан невиновным по 11 пунктам, кроме одного самого малозначительного, и восстановлен на службе. Второй материал более подробно описывает историю развода Доригни со своей женой, причиной чему послужил ее роман с капитаном его полка де ла Моттом. Материалы дела содержат множество бытовых деталей гарнизонной и семейной жизни офицеров в 1720х гг.

- Багро (Игнатьева) Алёна Викторовна «К вопросу о численности войска “в походе воинском Казыкерменском”». Днепровский или Казыкерменский поход 1695 почти никак не освещен в отечественной историографии, а численность войск Мазепы и Шереметева вообще оценивается в фантастические 100-120 тыс. чел. Автор приводит данные наряда полка Б.П. Шереметева, согласно которому списочная численность русских  войск в походе должна была составить 28,8 тыс. чел. Численность войск Мазепы автор оценивает (точные росписи по полкам не обнаружены) в 30 тыс. чел., итого списочно около 60 тыс. чел.

Ottoman defense system on Dnepr & Don rivers, 1680-90s

Dnepr & Don regions, 1680-1760s
Source: Le Rouge, Georges Louis. Théatre de la guerre entre les russes, les turcs et les polonois
CLICK TO ENLARGE

[1]. Ottoman fortifications at Tawan island
Турецкие укрепления в районе Тавани
Ист: Багро А.В. Украинское казачество и первый
Азово-Днепровский поход. Диссертация
на соискание ученой степени
кандидата исторических наук. СПб. 2015 г.

 Реконструкция Багро А.В.

CLICK TO ENLARGE

Ottoman strategy on the “Russian front” in 1680-90s was focused on the protection of their lands & trade in Black Sea region. The key point of this strategy was a control over Don & Dnepr rivers to prevent Cossacks raids on strugy (sea-going large boats).

First line of the Dnepr defense was at Tawan island. Turks had 4 strongholds there [see 1]. The large fortress Kazi-Kermen was on the left bank of Dnepr. Two forts Mubeurek-Kermen & Islam-Kermen were on the right bank, Musrit-Kermen was on Tawan island. Their garrisons totaled about 3.000 men with 60-80 cannons, all them were yerli-kulu (maintained by local authorities). The mouth of Dnepr was controlled by Ozu (Ochakov) fortress with a garrison around 1.000 of kapi-kulu yenicheri & topchu. The strongholds near Tawan were captured in 1695 by a combined Russian-Malorusussian army, but were destructed & returned after a Treaty of 1700.

On Don river Turks had Azak (Azov) fortress & 3 smaller forts [see 2]. Their garrisons were 3.656 men, incl. 2.272 kapi-kulu yenicheri & 242 yerli-kulu topchu, the rest were azaps. Azak had 96 cannons. Additionally there were about 5.000 Nogai tribemen, whom served Sultan, not the Khan of Crimea. The strongholds were captured by Russians in 1696. After the Treaty of 1700 Azov & the mouth of Don stayed in Russian hands. It made Turks to create a new defense line in Kerch Strait. In 1703 they built a new fortress at Kerch called Eni-Kale & a battery on the other side of the strait [see 3]. These fortifications were weak to stop a Russian fleet, but were enough to prevent Cossacks raids.

Турецкая система обороны на Днепре и Дону, 1680-90е

[2]. Ottoman fortifications on Don river (North is at the left)
Турецкие укрепления на Дону
Source: Diarum itineris in Moscoviam...anno 1698...
descriptum a Joanne Georgio Korb CLICK TO ENLARGE

Недавно в ЖЖ Сергея Махова зашла речь о строительстве турками укреплений в Керченском проливе в 1703 и в целом о стратегии и системе османской обороны на «русском» направлении в 1690х (ссылка). Попробуем разобраться в этом вопросе более детально. Приведенная в англоязычной части поста общая карта не совсем удачная, это все-таки 1769 год (Le Rouge, Georges Louis. Théatre de la guerre entre les russes, les turcs et les polonois), а не 1695, но что нашел…  Итак, начнем с того, что у Османской империи, в отличие от ее вассала Крымского ханства, в 1680-90х не было никаких наступательных амбиций на причерноморско-азовском направлении. Весь османский modus operandi сводился к поддержанию status quo и обеспечению безопасности торговых путей и городов на Черном и Азовском морях, ставших своеобразным «Османским озером». Основную угрозу для османов представляли не поляки с русскими, а слабо подконтрольные кому-либо запорожские и донские казаки. И у турок и у крымских татар еще свежи были в памяти их разорительные морские рейды 16-17 вв., поэтому османы уделили основное внимание контролю над Днепром и Доном.